– Мы оба знаем, Паллиг ярл, что в открытом бою нам не устоять. Однако видел я, как волки гонятся за стадом лосей и нападают то с одной, то с другой стороны, пока не отобьют самого слабого лося от всех остальных. Тут уж ему конец, коли все стадо не придет на помощь. Но вожак стада приходит на помощь один раз, приходит другой, а потом решает отдать одного, чтобы другие наверняка спаслись. И тогда слабый лось остается один на один с волками, а стадо уходит дальше.
Эстейн кивнул в сторону свеев.
– Они тяжело нагружены добром, взятым в наших в усадьбах. Они увозят в рабство наших женщин и детей. Мы легко нагоним самых медленных из них, и тогда конунгу Эйрику придется повернуть назад все свои корабли. Ветер дует с востока, так что мы всегда сможем поставить паруса и отступить. Потом, как только свеи снова повернут домой, мы кинемся на них снова, как волки на лося. И так, покуда они не устанут поворачивать и не бросят нам на растерзание какой-нибудь корабль.
Ярл Паллиг еще раз оглядел Эстейна с головы до ног, потом рассмеялся:
– Ты дал дельный совет, Эстейн Синий Змей! Ловко это ты придумал, насчет стада. Он обхитрил бы самого Локи! – Ярл оглядел всех нас.
– Вы, – ярл показал на меня и Эстейна, – пойдете первыми. Гребите, что есть сил. Я не хочу, чтобы конунг Свейн сказал потом, будто мы не дали ему помощи.
Пока наши корабли подходили к кораблю ярла один за другим, я смотрел, как Токе что-то шепчет Асбьёрну и показывает на Эстейна. Я подумал, что мудрые слова вложил в уста Токе сам Асбьёрн, чтобы тот смог дать дельный совет на собрании вождей. А Эстейн все испортил. И теперь Токе стал ненавидеть его еще больше.
Мы вернулись на свои корабли, и настало время для работы веслами. Такой тяжелой, что я думал, мышцы на моей спине лопнут – ведь я снова сел на скамью с гребцами. Кетиль запел песню про Рагнара и его сыновей, но его оборвал Хрольв Исландец. Он попросил позволения спеть свою песню, и я кивнул, разрешая. Скальд начал:
Голос скальда был чист и силен, он пел все новые строки про конунга Эйрика Шведского, что отравил на пиру своего брата, отца Стирбьёрна. Мы все увереннее подхватывали припев. Потом он запел и про Сигрид Гордую, про ее спесь и жадность, так что мы готовы были покатиться со смеху. С такой песней грести стало намного легче. Мы начали приближаться к свеям, которые никак не могли взять в толк, почему четырнадцать кораблей нападают на пять дюжин. Сначала они замешкались, видно, ожидая засаду впереди, однако вскоре продолжили путь. Кетиль Борода крикнул на весь корабль:
– Они решили, что им стоит нас бояться не больше чем медведю своры небольших собак. Они еще не знают, как эти собаки могут кусать медведя за пятки!
Как бы то ни было, люди конунга Эйрика сообразили, что отстающие драккары в опасности, и начали торопить гребцов. Два десятка более быстроходных кораблей замедлили ход и пропустили вперед отстающих, встав преградой между своими более медленными товарищами и нами. Однако мы не остановились, а пошли прямо на них. С корабля ярла Паллига зазвучал рог: мы шли в бой!
Расстояние между нами сокращалось, и я про себя считал: четыре полета стрелы, три, два. С кораблей свеев тоже раздался звук рога, и все их драккары начали разворачиваться в нашу сторону. Ярл Паллиг отдал приказ, и мы остановились, вспенив веслами серое море. Свеи двинулись на нас, и теперь пришел уже наш черед отступать. Мы развернулись и поставили паруса. Враги наши поначалу двинулись было в погоню, но потом, сообразив, что им нас не догнать, снова развернулись и пошли на восток.
Кетиль посмотрел на нас и сказал:
– Это может тянуться дольше, чем перетягивание каната между Толстым Карком и Хальвданом Собакой, когда оба они выпили подогретого пива, и ни один не хочет уступить. Теперь наш черед догонять свеев.
И все было так, как предсказывал Эстейн. Сначала все корабли свеев разворачивались, как только мы приближались к их замыкающему отряду. Затем, когда мы вошли в проливы, поворачивать стала только часть из них, а остальные продолжали путь. Наконец, свеи перестали разворачиваться даже тогда, когда мы подходили совсем близко.
Эстейн махнул мне со своего «Серебряного жеребца» и мы сблизили борта.
– Теперь самое время отбить слабого лося от стада, – крикнул он нам.
– Они все еще слишком близко один к другому, – ответил я. – Если мы подойдем к ним поближе, то нам придется биться с двумя кораблями каждому.
Эстейн махнул рукой на восток:
