— Он провел некоторое время в Малайе и может подтвердить, что в малайском языке, а также в китайском есть такая черта, как численный коэффициент. В малайском языке число “один” обозначается словом satu, дом по-малайски — rumah, но “один дом” не описывается выражением satu rumah. Следует говорить sa-buah rumah, слово buah дословно означает плод, фрукт, но также обозначает нечто большое по объему. Biji буквально означает семя, но выражение “одно яйцо” будет звучать sa-biji telor, biji в данном случае есть подходящий численный коэффициент для обозначения небольшого гладкого предмета. Согласно Бенджамину Ли Уорфу[590] у индейцев племени навахо имеется еще более тонкая классификация. Мир неодушевленных предметов у навахо делится на длинные и круглые предметы, и это деление требует различных глаголов. Для длинных предметов требуются одни глаголы, а для круглых — совсем другие.
Кроме того, возникает вопрос о разного рода фокусах, проделываемых с лингвистической структурой в соответствии с ритуалом и иными культурными традициями. Поскольку один мой дядя присутствует здесь в этой аудитории, мне кажется уместным вызвать дух другого моего дяди, увы, ныне покойного, чтобы продемонстрировать вам, как даже в британском английском этот игровой элемент, как можно его назвать, может быть использован для вполне серьезных целей.
Я не заметил черного ящика, в котором, как я теперь увидел, находился проигрыватель, который Джон включил. Он поставил пластинку, и из громкоговорителя над классной доской раздался сквозь треск голос моего брата Тома, говорящего на кокни. Я хорошо помнил этот скетч: Том изображал нахального хитрого воробушка в бакалейной лавке, приказывающего своему помощнику: “Взвесь-ка этой delo woc delo nocab да еще trosh taiwy ей araremed ragus”. Это было странным местом, у меня при нем навернулись слезы. Джон стал объяснять:
— Тут мы видим скорее инверсию букв, а не фонем, нарочито непонятную, но только покупателю в лавке, которого продавцы хотят обмануть. Delo nocab означает old bacon, несвежую ветчину, а delo woc — old cow, старая корова. Trosh taiwy означает shortweight, недовес, а araremed ragus — Demerara sugar, сорт сахарного песка. И так далее. А теперь задумайтесь над тем, что происходит на южном Миндоро, одном из островов Филиппинского архипелага. Есть там племя хануну, обитающее в джунглях, членам которого предписывается учиться замене фонем, необходимой во время ухаживания. Если ухаживающий принадлежит к определенному социальному слою, табу на эндогамию частично снимается. Ухаживаемая состоит в близком родстве с ухаживающим, но он должен делать вид, будто ей это неизвестно. Отсюда происходит церемония маскировки: голову прячут под одеялом, говорят необычным языком. Barang превращается в rabang, katagbuq — в kabuqtag.
И так далее. Лекция была хорошая. Передо мной был умный молодой человек, крупный блондин с непринужденными манерами, но строго сосредоточенный на своем предмете; миловидность, унаследованная им от Ортенс лишь слегка сглаживалась легкой академической сумасшедшинкой во взгляде. После лекции мы пошли в его кабинет, который он делил с неким профессором Буколо, специалистом по Африке, у которого сегодня был выходной день. Мы пили кофе среди до отказа забитых книжных полок и небольших трофеев, добытых в антропологических экспедициях. Джон в дальних экспедициях пока не бывал: он провел некоторое время в индейской резервации Ниписсинг и исследовал народные обычаи населения Техуантепекского перешейка[591]. Профессорство его было временным, до постоянного ему еще было далеко, он еще не окончил работу над докторской диссертацией.
— Очень странно и трогательно было услышать голос бедного Тома, — сказал я, — не только здесь, в Индиане, но еще и в академической аудитории.
— О, вы же знаете Чоут. Очень англофильское заведение. У одного из тамошних преподавателей имелось полной собрание записей Томми Туми. Предполагалось, что он должен представлять великую мертвую культуру.
— Да, — ответил я. — Комедия без издевки. Тон беспомощного дружелюбия. Погибшая империя. Этот ублюдок Вэл Ригли как-то сказал, что Том был святым. Почему ты не предупредил меня, что Ригли тут?
— Я понятия не имел о том, что вы знакомы. А почему он ублюдок?
— Он публично оскорбил меня обвинением в разного рода нелояльности. После моей лекции. Студенты ему аплодировали. Я, пожалуй, уклонюсь от участия в сегодняшней вечеринке в мою честь, — сказал я.
— Пожалуйста, не делайте этого. А то вину за это взвалят на меня. Это я предложил вас в качестве лектора для ежегодного мемориала Бергера.
— Непотизм наоборот. Есть для него какое-нибудь специальное название?
