Если б надо было назвать лучшего телохранителя во Втором Отряде, Рамси без колебаний сказал бы «Кирус»: шумный и вездесущий, безукоризненный профи и жизнерадостный приколист – на него можно было положиться во всём, от его сортирных шуток Рамси так и покатывался – а теперь… Теперь будто всего отряда не стало.
Он не видел, как Вареша подалась ближе к поднявшемуся Коге – глаза её были расширены в неверящем страхе – и неслышно, одними губами шепнула:
- Я видела этого снайпера…
- Они мертвы, – ровно произнёс Рамси, распрямляясь; зажмурился: что-то щёлкнуло в животе – вверху, слева – остро, будто пуля ударила, даже тронул рукой – проверить. – Крушка. Марк. Теперь и Кирус.
- И друг его Мошня. И Медведь, – тяжело добавил Парус. – Пол-отряда не стало, шеф. Не пойду на пенсию, пока новички не обучатся…
Рамси молча кивнул, стиснул попавшуюся под пальцы тёплую Вонючкину лапку: живот заполняла сверху вниз жгучая огненная боль.
- Где машина? – голос дрогнул на выдохе. – Надо в Дредфорт. Навести и там порядок…
- Идёмте, шеф, идёмте, конечно, тут обо всём позаботятся, Ноздря уже указания раздаёт…
Перед глазами замельтешило чёрное, в ушах нарастал странный давящий гул – Рамси ускорил шаг, чтоб не пошатнуться.
- Его пасынок… переходит под опеку нашей академии, – язык заплёлся, будто в подпитии; слова – торопливые, не к месту: подумалось отчего-то, что можно не успеть. – Вырастет – вступит в отряд.
- Это правильно, больше и некуда, – мрачно одобрил Парус, открыл перед шефом среднюю дверцу джипа. – Сиротой ведь мальчонка остался: Любана шпионила для нас в штабе, столько сведений добыла… А вчера попалась, видно: убили её гады – и не пожалели, что на сносях.
Звуки смешивались и уплывали; Рамси всё слышал, но едва ли уже ясно понимал. Он бессильно откинулся на мягкий подголовник: устал, просто очень устал. Почти не спал последние недели, ничего не ел, обжирался анальгетиками… Это ничего, это пройдёт. Главное – что теперь всё закончилось. Вот только голова кружилась всё сильнее. Подтянув к себе Вонючку и обняв – он рядом, теперь всегда рядом, – Рамси успокоенно пристроил подбородок на костисто-твёрдое узкое плечо.
- Это я убил его, – шёпот у самого уха – сквозь шум мотора; Вонючка зашевелился в руках, распрямился – в честном, по-пёсьи преданном взгляде смешались решимость, вина и всё возрастающая тревога. – Это я убил Кируса, мой лорд, – повторил Вонючка тихо, покаянно. – Он целился в вас. И он выстрелил. Уже когда падал… и не попал. Хозяин? Хозяин?.. – уже почти уплывшее в небытие родное лицо – всё беспокойнее, робкая хватка на плечах – всё крепче…
- Даже если ты ошибся… – едва шевелящимся языком пробормотал Рамси. – Я прощаю тебя, Вонючка…
Он чуть сильнее сжал напряжённое тело питомца и ткнулся носом под нагретый кожей ошейник, будто пытаясь по-детски спрятаться от неуютной жгучей боли. И уже проваливаясь в дурнотный сон – быстро, быстро, почему так быстро?.. – успел в последний момент что-то понять. И шепнуть растерянно Вонючке на ухо:
- Чёт мне п**дец.
Подавленно молчавшие болтонские молодцы дёрнулись от внезапного вопля:
- Наза-ад!!! Разворачивай машину! – в тесном пространстве так и ударило по ушам; кричал Вонючка!
- Что такое?! Шеф?.. – резко повернулся Ноздря; Волчий Хрен торопливо крутил руль, заходя на разворот: такого от хозяйской игрушки ещё никто не слышал, а сам шеф почему-то молчал…
- Ему резко стало плохо, нужно в больницу! – Вонючка панически таращился снизу вверх – на коленях, на полу – прижав к себе безжизненно свисшее тело.
- Что за чёрт?! Ранен? – выкрикнул Ноздря под рёв клаксона – болтонский джип уже летел к Норсбруку, распугивая перед собой трассу. – Целый же садился!..
- Да смурной какой-то был и белый весь, еле языком ворочал! – возразил, торопливо освобождая место, Парус. – Я думал, он из-за Кируса так…
Взобравшись на сиденье, скорчившись, Вонючка баюкал голову хозяина на коленях – со страхом вглядываясь в слабое шевеление рёбер.
- Вдруг что-то только сейчас проявилось?.. Крови нигде нет, но если рана внутри, то и не будет… – паническая скороговорка сорвалась в скулёж. – Быстрее!..
- С дороги, твари, с дороги! – Ноздря цапнул звякнувший сообщением телефон, не глядя выключил и сунул в карман. – Дышит?!
Привставший на заднем сиденье Кога досадливо стиснул спинку: «Вонючка убил корпусе ему нельзя верит», – высветился в исходящих второпях искажённый автозаменой текст. Не поймут! Кога сдвинулся так, чтоб видеть Вонючку: сутулые плечи, склонённую голову; прислушался к жалобному бормотанию…
- Хозяин, не умирайте опять! Пожалуйста! – молил Вонючка дрожащим голосом; точно так же дрожали и руки, едва касаясь воротника форменной куртки. – Я буду хорошим псом! Никогда больше не обнаглею… Хозяин!..
- Это точно был он, я видела. Что у него на уме?.. – прошептала Вареша. – Истребить нас по одному? А вдруг он и шефа собрался…
- Я глаз с него не спущу, – заверил Кога. – Если надо – буду стрелять на поражение.
