Мир Кируса был чёрен. Он не замечал ничего вокруг, не ответил на поддёвки снобов из Первого Отряда, не рвался больше в Дредфорт. Он едва ли даже заметил побоище, в которое с дружным торжествующим рёвом ринулись бойцы вокруг него.
Когда Второй Отряд ворвался на норсбрукскую базу, там уже кипела бойня. Всполохи перестрелок, рукопашные стычки – все в чёрной униформе, не отличишь…
- Шеф!.. – во всю глотку гаркнул Ноздря. – Шеф, свои! Вы где?!
Кирус тоже искал его. Неустанно, загнанно бегающим взглядом. За эти бесконечные часы и сутки муторного отчаяния он вытравил из головы все мысли о предательстве, о чести, о том, что будет дальше. Не смирился, не оправдал то, что придётся совершить, – просто заставил себя перестать думать. Думать он будет потом. Возможно. Если выживет… А сейчас – он искал, искал, искал.
Болтонские молодцы дожимали остатки южан. Кто-то, на радостях обнимаясь, задел Кируса – тот не почувствовал толчка. Со стороны деревьев слышались истошные вопли казнимых, завывали, приближаясь, полицейские сирены…
- Шеф!.. – крикнул кто-то ещё раз; Кирус уже не различал голосов.
Хотя… Различил. И повернулся резко, как пёс, учуявший дичь. Один, единственно важный голос, хоть и искажённый хрипотой.
- Я зде-есь! – заорал Рамси через весь плац; выстрелил ещё раз из-за низенькой трибуны…
И, когда Второй Отряд с воплями радости бросился к нему – Кирус отстал. Остановился на том расстоянии, с какого ещё мог бы попасть. Это будет ужасная случайность. Его не заподозрят. Мысли на замок, воспоминания прочь – всё как учили. Всё как учили на тот случай, когда ради дела приходится жертвовать близкими. Ну а сейчас… сейчас – наоборот.
Телохранители окружили шефа с бурным галдежом – радостно махали руками, так и не решаясь тронуть; Рамси вертелся и тряс всех за плечи. С другой стороны трибуны скромно высунулся Вонючка в болтонской куртке, тревожно таращился по сторонам – но Кирус не замечал его, Кирус подгадывал момент… И подгадал.
«Прости, шеф. Лучше тебе было оставаться мёртвым», – последнее, что он успел подумать, ловя в ложбинку прицела темноволосый затылок – основание черепа, мгновенная смерть. А ещё, наверное, мелькнула мысль про Любану: насколько всё-таки ничтожен шанс её спасти...
А потом был выстрел. Короткий и острый – удар под левую руку – за секунду до выстрела Кируса, ушедшего вверх. Последним, что он увидел в жизни, был Вонючка, опускающий автомат. Взгляд бойцовой собаки был безжалостен и прям.
Комментарий к 22. В этой тёплой крови (2) Иллюстрация и музыка: https://vk.com/wall-88542008_2868
====== 22. В этой тёплой крови (3) ======
– А где наши геи, шеф?! Ну, Круш с хохолком да Маркела двинутый – с вами же были?..
Рамси осёкся с неловко застывшей полуулыбкой: будто кольнуло. Набрал воздуха, чтоб ответить, – и позади, в деловитом шуме захваченной базы, грохотнул вдруг сдвоенный выстрел. Болтонские молодцы с оружием наготове разом сдвинулись вокруг шефа – порядок, всё спокойно, – а Волчий Хрен, повертев головой, опомнился:
- Эй, а Кирус где?
- Кирус!..
Они побежали к упавшему всей гурьбой. Безжизненной чёрной глыбой с элитной нашивкой на рукаве – телохранитель лежал скраю плаца: последняя, нелепая жертва отшумевшего боя…
- Кир, Кирюх, ну как так?.. – Парус потерянно уронил руки; всегда непрошибаемо спокойное – его одутловатое лицо, казалось, вот-вот скривится, как у ребёнка, готового заплакать.
- Не задержался с нами, пошёл Любану свою догонять…
Рамси тяжело опустился на одно колено. Измождённое лицо, недельная щетина, зажатый в мёртвой руке пистолет… Этот боец воевал за него до последнего. Который из южан, чьи трупы валялись вокруг, мог стать почётным убийцей лорда Болтона, если бы не Кирус?.. Горло стиснуло спазмом, заполнило стылой горечью, поднимавшейся изнутри.
- Это снайпер сделал, – резко и зло заявил Кога, присевший рядом. – Сучий снайпер, точно: ну не могло случайно так, прямо в сердце… Надо найти его!
- Да может Кирус его и застрелил, – возразил Ноздря. – Иначе б тот шефа давно уже…
Рамси не слушал – смотрел, застыв. Кирус, Кирус… Целая эпоха, половина жизни. Всё детство, безоблачное и безбашенное…
«Я Рамси Болтон!» – девятилетний шкет с вызовом таращится на брутальную шрамованную рожу в недосягаемой вышине.
«Оч-приятно, шеф, я Кирус! – козыряет здоровяк с молодецким видом. – Вы только, чуть что, первое время не бейте больно: я тут новенький, ещё глупый совсем…»
«Хэй, шеф! Чуть дверью не прибило, вы ж княвайте, когда идёте!» – добродушный, ни разу не обидный смешок.
«Салют в честь высокого гостя!..» – бравый выкрик – и раскатистый треск, будто целый парашют порвался. И самодовольная лыба в ответ на возгласы отвращения.
«Опасность!!! – дурной заполошный вопль. – Быстрей ведро сюда, шефа укачало!..» – «Да это его от тебя тошнит, дуралей ты…»
