- Ты в порядке, Донелла? – со всем возможным участием проговорил он. – Я порешу придурка.
- Нет, что ты, всё хорошо, я не ушиблась… – вымученно улыбнулась леди Хорнвуд, свободной рукой стирая тину с лица. – Мне просто о-очень мокро! – Её розовое платье облепило ноги, мешая идти, и чётко обрисовало всю чудесную фигуру. – Прошу тебя, Рамси, не наказывай строго этого мальчика! Он ведь не специально…
- Разберусь, – прорычал шеф. – Тебе надо срочно мыться, у нас тут церкарии водятся и прочая нечисть, всё тело покроется пятнами и будет чесаться, а то и моллюски поселятся под кожей!
Леди Хорнвуд взвизгнула, одним прыжком вылетая из воды; толкнулась при этом от руки Гриша так, что он чуть не опрокинулся на спину. Господин Рамси подхватил пошатнувшуюся девушку на берегу и с подчёркнутой заботой стряхнул с её плеча пару чешуек ряски.
- Как же неловко вышло, – с сожалением посетовал он. – Мне ужасно стыдно за это происшествие. Думаю, удобнее всего тебе будет приводить себя в порядок в собственной ванной. Твоя машина здесь, рядом, подъехала вместе с моей. В один миг домой домчит!
- Сп-пасибо, Рамси… – шмыгнула носом бедняжка.
Не чуя земли под хлюпающими сапогами, Гриш заторможенно, механически выбрался на берег; застыл, как неживой, с опущенными руками, обтекая грязной водой. «Теперь всё. Теперь точно конец. Мне крышка. Он заставит Вонючку сожрать меня. Или сам запытает до смерти… За что, боги, за что всё это?! Как теперь мама будет одна, как сестрёнок прокормит?..»
Гриш проморгался и вернулся к реальности, когда за кустами, рявкнув мотором, стартанула машина; трясущимися руками он принялся собирать с земли посуду – непонятно зачем, всё равно же умирать…
- Семеро, нахрен, боженек! – послышался невдалеке возглас господина Рамси, полный облегчения. – Я думал, этот сраный ад никогда не закончится…
Гриш несмело поднял взгляд: улыбающийся до ушей шеф направлялся к нему, таща за ошейник смиренно ковыляющего Вонючку; подняв с земли глубокую тарелку для печенья, господин Рамси небрежно обтряхнул её, налил кофе из термоса и вручил живой игрушке:
- Пей!
- Спасибо, мой лорд… – Вонючка с восторженным обожанием улыбнулся острозубой пастью («Вот чем вчера макушку раскроил», – отстранённо, без удивления подумал Гриш) и с поклоном принял миску.
Рамси пригладил увлечённо лакающего питомца и повернулся к новобранцу:
- Отлично сработано, боец! Ты принят в мой отряд.
Гриш подавился воздухом, глупо приоткрыл рот – это ведь шутка, верно? Сейчас господин Рамси засмеётся и скажет про подвал?..
- Кирус! – призывно махнул рукой шеф.
- А?
- Нашивки ему выдашь, как вернёмся.
Донелла съёжилась на заднем сиденье своего автомобиля. Услужливый водитель, конечно, закутал её в спешно извлечённый из багажника плед, но это не избавляло от противного ощущения тины на коже. Золотистые волосы сейчас больше напоминали паклю, облепившую шею и плечи, но девушку это не волновало.
Сколько Донелла себя помнила, она всегда была тем, что обычно называют «идеалом».
И дело было не только в кукольной внешности, пытливом выражении очаровательных тёмных глаз или стройной гибкой фигуре. Хотя, разумеется, и внешностью она очаровывала окружающих: Донелла ясно видела, с каким восхищением на неё смотрел Робб Старк или тот простофиля из охраны младшего Болтона, хотя что красивого можно было увидеть в мокрой и перепачканной девушке?
Нет, Донелла была идеальной и во всем остальном.
За окном проносились леса, впереди приглушенно бормотал в беспроводную гарнитуру водитель, и мысли в такой обстановке текли вольной рекой.
Кто лучшая ученица женского колледжа, ответственная староста, которая никогда и не пропустит важного мероприятия, соберёт всех и воодушевит, придумает блестящее выступление и приведёт команду к победе? Кто поможет отстающим ученикам, сделает копии лекции заболевшим и обязательно поладит со всеми учителями? Кто всегда улыбается и светится, словно маленькое солнышко, в любой компании? Донелла Хорнвуд.
Кто прекрасная подруга с огромным кругом знакомых? И кто при этом помнит о каждом и каждым участливо интересуется, никогда не забывает о днях рождения и дарит самые нужные подарки? Кто приободрит в любое время суток? Кто всегда откликнется на просьбу о помощи? Донелла Хорнвуд.
А еще Донелла – хорошая дочь. Каждое утро она спускается на завтрак (разумеется, без опозданий), целует родителей, интересуется, как они спали. Ей позволено ходить на все молодёжные тусовки, потому что Донелла никогда не сделает ничего предосудительного, не наденет слишком короткое платье, не выпьет лишний бокал вина. Донелла произведёт лучшее впечатление на деловых партнёров отца, да так, что те ещё несколько месяцев будут ставить её в пример собственным нерадивым отпрыскам.
- Все в порядке, мэм? – бросилась к ней управляющая, едва завидев хозяйскую дочь всю мокрую и грязную.
- Да, Грета, конечно, – вымученно улыбнулась Донелла; на самом деле она успела продрогнуть за время дороги, а противное ощущение грязного тела достигло апогея.
…И сколько себя Донелла помнила, она была тем, что принято называть «насквозь фальшивая».
