Конечно, она внимательна ко всем и каждому, для каждого найдёт доброе слово и никогда не забудет даже о мелочах. Но никто не знает (и, с благословения всех существующих Богов, не узнает), что у Донеллы есть органайзер, в который она с особым тщанием вносит эти самые мелочи: Джордж отправился к врачу во вторник, у Мелиссы заболела собака, у папиного партнёра по бизнесу трое детей. А потом всего-то и нужно: спросить, что сказал доктор, посоветовать хорошего ветеринара, подготовить небольшие сюрпризы для маленьких придурков, сочувствующе вздохнуть в нужный момент, отпустить несколько приятных, заранее отрепетированных комплиментов – и можно купаться во всеобщем восхищении и любви.
«Донелла такая милая!», «Вы самая прекрасная молодая леди, что я встречал!», «У вас очень хорошая дочь!», «Что я могу для вас сделать, Донелла?», «Быть может, вы примете этот скромный подарок?»
Девушка чуть ли не бегом поднялась по лестнице в свою спальню, сбросила опостылевшее платье и вошла в зеркальную ванную комнату. Быстро ополоснулась душем, открыла краны и задумчиво опустилась на бортик, больше автоматически, чем осознанно, добавляя в воду соль и пену.
Донелле нравится обожание, нравится принимать совсем не скромные подарки, нравится поклонение и искренняя благодарность. Она словно бы живёт этим, наполняется жизненной энергией, когда ловит на себе восторженные взгляды, слышит одобрительные слова.
Донелла прекрасно знает все те ниточки, за которые нужно дёргать, чтобы её любили. Донелла давно выучила простую истину: все люди – эгоисты. Покажи свой интерес к ним – и их тщеславные душонки твои.
С мужчинами у Донеллы обстоит еще проще. Достаточно сыграть застенчивость при знакомстве, лучезарно улыбнуться, потом можно немного покапризничать, показать своевольную натуру и тут же смутиться, одёрнуть платье, залиться виноватым румянцем и заправить кокетливо локон за ухо. А ещё восхищаться каждым его словом, словно невзначай касаться ладонью, немного пофлиртовать. На образ капризной, но невинной принцессы, о которой так много хорошего говорят окружающие, невозможно не купиться. Очередная победа.
Девушка опустилась в ванну, задумчиво провела рукой по душистой пене, вдохнув свежий вишнёвый запах и прикрыв глаза. А затем задержала дыхание и нырнула под воду.
У Донеллы только одна проблема. Ей совершенно на всех наплевать – исключение, быть может, составляют только родители и лучшая подруга Санса, нежное и искреннее существо. Да и то, Донелла думает, что спокойно переживёт и их потерю. Иногда её пугает отсутствие эмоций и привязанностей, это ведь ненормально – никого не любить. Но она отмахивается от этого до тех пор, пока не появляется Рамси Болтон.
Нет, она его не любит. Просто он повёл себя слишком нестандартно: в первую встречу совершенно не обратил на неё внимания. Во вторую – идеально сыграл галантного кавалера, и не будь она сама такой же лицемеркой, обязательно купилась бы. Впрочем, было в Рамси что-то, что заставляло поверить: он искренен. Когда он говорил о матери, в глазах застыла такая боль, что Донелле стало зябко. Когда он хвалил своего раба – впервые в жизни Донелла ощутила, как шевельнулся мерзкий червячок ревности в сердце; и откуда только взялся?! – испытывал искреннее удовольствие. А ещё Рамси Болтону совершенно плевать на окружающих людей.
Это так похоже на неё саму, что Донелла не может не тянуться к нему. «Ты меня поймешь? – хотелось ей спросить, словно сопливой дурочке из недавней мелодрамы. – Ты не осудишь меня, такую лицемерку?»
Она выныривает, хватая ртом воздух. Этот момент всегда похож на пробуждение: свет в глаза, глубокий вдох, чёткость и ясность мыслей.
А после его откровений на свидании Донелла вдруг ясно понимает: это то, что ей нужно. Ведь что такое, в сущности, любовь? Баланс плюсов и минусов, понимание, что с этим человеком будет комфортно. С Рамси – будет. С Роббом – нет. Не потому, что Рамси там про него наплел, а потому, что Робб – от пяток до последнего кудрявого волоска – положительный персонаж. Пусть порой вспыльчивый и эмоциональный, пусть слегка заносчивый, но положительный, честный, прямой, с нелепыми идеалами и глупыми представлениями о любви. С ним никогда нельзя будет побыть собой, эгоистичной и распущенной, всегда придётся играть роль примерной девочки.
Рамси – другое дело. Рамси – точно такой же эгоист до мозга костей. И Донелле хочется верить, что из их союза двух эмоциональных «ублюдков», как выразился сам Болтон, выйдет что-то путное. По крайней мере, они будут понимать друг друга и прощать друг другу собственные несовершенства.
