Я бросила прощальный взгляд на дом, на времянку. Сауна с бассейном – непередаваемо, хочется остаться там навсегда! Не зря я лебедь, водоплавающая птица. Век бы из воды не вылезала! Лучшая неделя в моей жизни, ожившая сказка. Надеюсь, мы сюда еще вернемся.
Позвонившая вчера Марго заговорческим шепотом разрешила приезжать в любое время и «вытягивать на природу этого обалдуя», ибо работа в лес не убежит, а от терапии до дурдома один шаг. Я не стала ничего обещать (неудобно ведь), но решила иметь в виду. На всякий случай.
Присели на дорожку, в плетеные кресла на веранде. Время приближалось к девяти, стрекот сверчков и комариный писк прорезали вечернюю тишину. Умопомрачительно пахли цветущие деревья. Май, май! Меньше чем через две недели наступит лето.
- Ты не передумала?
- Насчет твоего предложения или переезда?
На руку приземлился комар. Прошелся по коже, позудел и улетел с недовольным писком.
- И того, и другого.
Неужели сомневается?
- Нет, не передумала. Я ведь ж-ж-жутко неприличная девушка!
Глава шестнадцатая
Обрученные
- Дети мои, я собрал вас здесь, чтобы огласить свою последнюю волю, ибо чувствую неизбежное приближение…
- Печорин, хорош нудить! Прощались уже.
Вампир перестал выть и коротко хмыкнул, сунув большие пальцы в карманы линялых джинсов. За его плечами болтался неизменный рюкзачок, остальной багаж давно погружен во чрево поезда «Киров-Москва». Алёна Рейган отчалила неделю назад, и вот теперь пришла очередь Бенедиктовича.
- Обобщая всю эту галиматью, хочу сказать: я не прощаюсь, и вообще, слово «прощай» какое-то тухлое. До свидания, короче. Приезжайте в гости, мы с Рейчел будем рады. С детьми познакомлю.
- И ты заглядывай, наглая морда. Не пропадай, - Воропаев пожал ему руку. – Эх, и кого мне теперь из попоек вытаскивать? Жизнь – боль…
- Фигня вопрос, найдешь кого-нибудь. На худой конец, жену свою споишь, - легкомысленно отозвался стоматолог. – А вот где искать того, кто согласится вытаскивать меня…
Они обнялись, но целоваться не стали. Нано-технологичный, ближе к среднему росту Печорин и высокий, под два метра Воропаев забавно смотрелись рядом. Контрастно, можно сказать. Случайно притянувшиеся противоположности, которые будут сильно скучать друг без друга.
По платформе сновали люди с сумками, рюкзаками и чемоданами, то и дело входя в вагоны и выходя из них. Заплакал ребенок, девочка лет четырех: она боялась огромного пыхтящего поезда. Молодая мамаша, надушенная и химически завитая, пыталась урезонить дочь. Долго и по видимости тщетно, но тут куривший неподалеку тучный мужчина в панамке выругался столь оригинально, что детский плач сменился удивлением. Малышка явно хотела запомнить незнакомое слово, чтобы при случае блеснуть познаниями в песочнице. Завитая мамаша зарделась и утянула ребенка в вагон.
- Заметки для диссертации? – лукаво спросил вампир, обращаясь ко мне. – «Социум как он есть, и с чем есть его». Неплохое название для моей новой книги.
- Вы написали книгу?!
- Планирую написать. Секрет успеха прост – подай приевшиеся мысли под грамотным майонезом, и толпа фанатов верняк порвет тебя на ленточки и сувениры.
Артемий из поля зрения исчез. Растерянно оглянулась, ища его в толпе.
- Отбой, миссис Марпл, на стоянке он. Пакет в машине забыли.
- Ага, - согласилась я, украдкой взглянув на Печорина.
Уезжает. Через десять минут. Насовсем. Как мы без него? Больница осиротеет. Не станет шумных посиделок по выходным, к которым я успела привыкнуть; не к кому заглянуть на обед, когда Воропаев занят или в отъезде. Будет не хватать его шуточек и неиссякаемого оптимизма…
- Не раскисай, - Бенедиктович стиснул меня в объятиях, ободряюще похлопал по плечу. - Думаешь, мне легко вас, непутевых, оставлять? Зато есть стимул приехать в гости, тетку свою московскую навестишь… Ну не реви ты! – пробурчал он с грубоватой заботой. – Не реви, кому говорят! Реветь, друг мой Вера, можно в трех случаях: на свадьбе, после родов и на похоронах. Через первое ты уже прошла, а второе и третье, надеюсь, еще не скоро.
- П-простите, - я шмыгнула носом.
- На твоем месте я бы проверился, - серьезно шепнул он, - слезы без повода наводят на определенные мысли.
- Да проверялась я, проверялась, - с губ сорвался тяжкий вздох, - глухо, как в танке.
- Раз глухо, значит, рано пока. Будет, всё будет, не переживай. Выше нос! – он щелкнул меня по носу. – Вы сначала квартирный вопрос решите, остальное успеется…
- Так, что я пропустил? – из толпы ловко вынырнул Артемий. – Забирай свой пакет. Повезло, что вспомнили. Лучше б ты коньяк забыл!
- Коньяк, Тёмыч, не забывается, как родная мама и весенний призыв. Забирай свою Кончиту Аргуэльо, всю рубашку вон мне обревела.
- Вера?..
- Я в порядке, в порядке, честно. Просто не люблю прощаться…
