Синяя книга Нэбо полностью

Иногда мне хочется подробнее расспросить ее о жизни до Конца. О себе, о том, как я появился на свет, на кого я похож по характеру и внешне. Но я не спрашиваю, потому что мама всегда рассказывает только то, что хочет рассказать. Мне приходится о многом догадываться.

– Представь, если бы мы могли заказать пиццу прямо сейчас, – сказал я. Я не помню вкуса пиццы, но мне нравится, как звучит это слово – солнечно и тепло. – И кто-то доставил бы ее нам в коробке.

Мама покачала головой:

– Я бы не стала этого делать. Я бы не вернулась к той жизни. – Она улыбнулась мне широкой улыбкой, из-за чего стала выглядеть слишком молодой, чтобы быть моей матерью. – У нас все хорошо, правда?

Я кивнул:

– Да. У нас все хорошо.

Мы оба посмотрели на Мону, напевавшую глупую песенку, которую я для нее придумал. Ноев ковчег, Ноев ковчег, а дождь идет, дождь идет… Она подбрасывала листья так, что они падали ей на голову, как дождь. Мама засмеялась.

– Все хорошо. Но я бы сейчас отдала этот дом со всем, что внутри, за одну сосиску в тесте.

Мы оба улыбнулись, а потом лежали рядышком в траве, пока на небе не появились первые звезды.

Я не объяснила ничего про книги.

Это было в самом начале, вскоре после отключения электричества, но до прихода Облака. Конец – это процесс, а не просто одномоментное действие. Короче, это было в самом начале Конца.

Я решила съездить на разведку, посмотреть, что происходит. Электричества не было уже около недели, и мы с Диланом ничего особенного не делали, как будто шли обыкновенные школьные каникулы. Мы слонялись без дела по дому, поставили первый парник, время от времени болтали с мистером и миссис Торп, жившими по соседству.

Мы с мистером Торпом были в саду, когда он сказал:

– Вы могли бы съездить в деревню… Мы со Сьюзен присмотрим за Диланом. И… если вам надо забрать кого-то, просто привозите их сюда.

Я непонимающе уставилась на него.

– Может, родные?

Я решительно покачала головой:

– У меня нет родных.

– Нет родителей? – тихо спросил мистер Торп, возможно думая о собственных сыновьях.

(Некоторые вещи нужно отдельно отметить в «Синей книге Нэбо». Другие нет.)

– У меня нет родителей. Я одна.

Мистер Торп кивнул и сказал:

– Ну, тогда просто съездите в деревню, посмотрите, что там творится…

Еще неделю назад я бы даже мысли такой не допустила. Оставить своего маленького сына с двумя пожилыми людьми, которых едва знаю!

– Мы бы просто поиграли в саду. Я бы мог показать ему свой сарай. И еще, если можно… Если там продается хоть какая-то еда… Мы бы заплатили вам, конечно…

Но все окна «Спара» были разбиты, а полки пусты. То же самое и в других магазинах. И в «Серебряных ножницах». На дорогах никаких машин; проезжая через деревню, я не встретила ни души. Словно все уже закончилось, оставив после себя жуткую звенящую тишину.

Я переступила порог салона, и стекло хрустнуло под ногами, как сахар. Касса, конечно, отсутствовала, но, кроме того, кто-то побил зеркала, сорвал обивку с кресел, опрокинул бутылки с шампунем и кондиционером и размазал содержимое по стенам, разбил раковины. А еще опрокинул мусорное ведро, оставив на линолеуме серо-белые облачка седых завитков.

– Гейнор? – позвала я.

Мой голос прозвучал в тишине громко и дерзко. Ответа не последовало. Дверь, ведущая в ее квартиру, оказалась заперта, шагов тоже слышно не было. Она уехала.

Когда я повернулась, чтобы уйти, то увидела в дверях салона мужчину в черном капюшоне, с клюшкой для гольфа наперевес. От ужаса я лишилась дара речи.

– Ровенна? Это ты? – Он снял капюшон, и я с облегчением выдохнула.

– Черт возьми, Рис! У меня чуть сердце не остановилось!

– Прости. Прости, Ров. – Рис опустил клюшку для гольфа. – Я так и подумал, что это ты, наблюдал за тобой через чердачное окно.

Рис, который в школе ходил вместе со мной на математику и естествознание, был крепким мужчиной, зверем на поле для регби и котенком с девушками субботним вечером. Он всегда маячил рядом, но мы с ним толком даже не разговаривали. Иногда ты знаешь кого-то без необходимости что-то о них знать. Они просто есть. Как горы.

– Где все? Где Гейнор? – спросила я.

Он покачал головой, и я вдруг увидела перед собой маленького растерянного мальчика, сбившегося с пути.

– Уехали. Почти все. Рванули в город искать еду, друзей и родственников или еще что-нибудь. Я тоже собирался отправиться следом, но потом понял, что они не возвращаются. – Он провел пальцами по засаленным волосам. До всего этого Рис неизменно был таким красивым. – Зато тут рыскают банды, которые громят все вокруг в поисках денег и еды. Они обчистили аптеку…

– Только потому, что отключили электричество? – спросила я.

Рис уставился на меня через весь салон, пытаясь облечь историю в правильные слова.

– Я слышал по радио, что в Лондоне взорвалась бомба. С тех пор оно замолчало. Но говорят, была еще одна, ближе к нам… В Манчестере или Ливерпуле, точно не знаю…

– Да? Быть того не может! С чего бы? У нас ведь тут ничего нет!