Решено! Тильтиль пожертвует собой! Как истинный герой, он поднял вверх золотой ключ и воскликнул:
– Я должен открыть эту дверь!
Мальчик подбежал к огромной двери, Тило пыхтел рядом с ним. Пёс был полумёртвым от страха, но гордость и преданность Тильтилю заставили его справиться с собой.
– Я с тобой! – сказал он хозяину. – Я не боюсь и останусь с тобой!
Тем временем все остальные разбежались кто куда. Хлеб чуть не рассыпался на куски, стоя за колонной. Сахар медленно таял в углу с Митиль на руках. Ночь и Кошка, дрожа от злости, отошли в дальний угол зала.
Тильтиль на мгновение прижал Пса к груди, а затем вставил ключ в дверь. Вопли ужаса послышались изо всех углов зала, где спрятались беглецы. И тут обе створки двери сами собой отворились, и мальчик застыл на месте от восхищения. Перед ним раскинулся сказочный сад, полный цветов, сияющих, словно звёзды, водопадов, струящихся с небес, и деревьев, одетых в лунное серебро. А между розовых кустов кружилось синее облако.
Тильтиль протёр глаза, помедлил, а потом бросился в сад с радостным криком:
– Сюда! Скорее сюда! Они здесь! Мы нашли их! Миллионы синих птиц! Идите все сюда! Ловите их!
Убедившись в безопасности, его друзья принялись носиться среди птиц, соревнуясь, кто поймает больше.
– У меня уже семь! – кричала Митиль. – У меня рук не хватает!
– У меня тоже, – отвечал Тильтиль. – Их слишком много! Они выскальзывают из рук! Тило тоже поймал несколько! Пойдёмте, пойдёмте! Душа света ждёт нас! Как же она обрадуется!
И они побежали назад, пританцовывая и победно распевая.
Ночь и Кошка, не разделявшие всеобщего веселья, осторожно подошли к огромной двери.
– Они поймали её? – спросила Ночь.
– Нет, – ответила Кошка, которая видела, что настоящая Синяя птица сидит высоко на лунном луче. – Они не смогли её достать, она сидит слишком высоко.
Друзья бегом мчались по бесчисленным ступеням к дневному свету. Каждый из них нёс добытых птиц, не зная, что каждая ступенька приближает их к свету, а птиц – к гибели. К тому времени, когда они выбрались наверх, у них в руках были уже мёртвые птицы.
Душа света с беспокойством ожидала их.
– Вы поймали её? – спросила она.
– Да, да! – закричал Тильтиль. – Много! Их тысячи! Посмотрите!
С этими словами он протянул ей птиц. Но тут, к своему ужасу, он увидел, что это были лишь безжизненные тельца птиц. Маленькие крылья бедняжек были сломаны, а головки печально свисали вниз.
В отчаянии мальчик повернулся к друзьям. Увы, их птицы также были мертвы!
Тогда Тильтиль с плачем бросился к Душе света: ведь все его надежды снова рухнули.
– Не плачь, дитя моё, – утешала его Душа света. – Ты не поймал ту, которая может жить при свете дня. Но мы найдём её.
– Конечно, найдём, – в один голос воскликнули Хлеб с Сахаром.
Оба они, хотя и не отличались умом, были добры и хотели утешить мальчика.
И вот вся компания отправилась на ночлег в храм Света. Это было грустное путешествие: все скучали по домашнему покою и были склонны винить Тильтиля в том, что тот забыл осторожность и подверг всех опасности. Сахар поравнялся с Хлебом и прошептал ему в ухо:
– А вам не кажется, что все наши приключения совершенно бессмысленны?
Польщённый вниманием к себе, Хлеб ответил:
– Не бойтесь, друг мой, я всё исправлю. Нам не жить, если мы будем выполнять все капризы этого сорванца! Завтра мы останемся дома, в своих постелях!
Они забыли, что, если бы не мальчик, над которым они сейчас насмехались, они никогда бы не ожили. И если бы он сейчас приказал Хлебу вернуться на его противень, чтобы его съели, а Сахару расколоться на маленькие кусочки, чтобы сделать сладким кофе папы Тиля или сироп мамы Тиль, они бы бросились к мальчику и попросили пощадить их. Но они были неспособны понять, как им повезло, что пока беда обходила их стороной.
Бедняги! Фее Берилюне вместе с «человеческой» жизнью следовало бы дать им немного ума и мудрости. Впрочем, винить их в этом не следовало: ведь они всего лишь подражали людям. Научившись говорить, они принялись болтать, научившись оценивать – осуждать, научившись чувствовать – жаловаться. Их сердца подарили им чувство страха, но это не сделало их счастливыми. Что касается мозгов, то ими они пользовались так мало, что мозги просто высохли и перекатывались в голове, как сухой горох в стручке.
К счастью, Душа света, благодаря своей чудесной проницательности, знала им цену. Поэтому она решила, что станет использовать стихии и вещи только тогда, когда это будет необходимо.
– Они полезны, – рассуждала она, – когда нужно накормить детей или развлечь их в дороге. Но в поисках Синей птицы они не будут участвовать, потому что лишены смелости и твёрдости.
И вот маленький отряд снова пошёл вперёд. Пока они шли, дорога становилась всё шире и начала блестеть. В конце дороги показался храм Света, стоявший на хрустальном холме и отбрасывавший лучи во все стороны. Пёс нёс уставших детей на спине по очереди. Они почти спали, когда наконец все подошли к сияющим ступеням храма.
