Мои персонажи предпочитают альпийский стиль восхождения, который в начале двадцать первого века все больше входит в моду среди самых храбрых и физически сильных покорителей Гималаев и Каракорума. Это классический прямолинейный подход, который обычно используется для невысоких пиков, – почти никаких сложностей с логистикой, снабжением или временем; второй вариант – более традиционный гималайский или экспедиционный стиль, типичный для восьмитысячников: вначале задействуются десятки или даже сотни носильщиков и альпинистов, они постоянно двигаются вверх-вниз по маршруту, провешивают перила, устраивают лагеря, один над другим, поднимают снаряжение все выше и выше, и в конце концов из самого верхнего лагеря до вершины совершают рывок лишь несколько человек. Тогда как при восхождении в альпийском стиле на вершину идут все. Тут действует принцип «всё или ничего», и затянувшийся на несколько дней буран, заперший альпинистов на горе на высоте двадцати четырех тысяч футов, может погубить всех участников экспедиции. Меньше времени остается на акклиматизацию, но зато меньше времени приходится проводить в зоне смерти. Покоряя любую гору выше восьми тысяч метров (вы увидите, что в рассказе я использую и метрическую, и английскую систему мер – так делают многие известные мне бывалые американские и английские альпинисты), люди вынуждены подвергать себя риску в зоне смерти – это враждебное, чуждое для человека пространство, где не только дуют жуткие ветра, подстерегают самые страшные опасности, какие только могут встретиться на горе, и холодно, будто на Луне, – там еще неизбежно наступает кислородное голодание, а с ним серьезно замедляется умственная деятельность и увеличивается вероятность тромбов в легких и закупорки кровеносных сосудов. Восходители, рассказывающие о своих ощущениях на такой высоте, сходятся в одном: им кажется, что с ними в связке идут другие, призрачные альпинисты; привидения сопровождают даже одиночек. Очень многие, начиная со времен Мэллори и заканчивая сегодняшним днем, спускались в нижние лагеря и рассказывали о долгих беседах с альпинистами, которых там на самом деле не было или которые умерли много лет или дней назад. Ни человек, ни, как выяснилось, пришелец-мантиспид из моего рассказа не достигли того уровня эволюции, который позволил бы полноценно функционировать на такой высоте.
