— Как вы собираетесь общаться с троллями, не зная языка? — задал он практичный вопрос.
— Жестами, как же ещё, — печально усмехнулся Штурмовик. — Но раз уж судьба занесла нас к вам, осмелюсь попросить поделиться знанием хоть каких-нибудь полезных слов.
— Не проще ли освоить язык целиком? — с ироничной усмешкой посмотрел на него арокси.
— А что — можно? — поразилась я.
Нет, действительно, было от чего вылупить глаза — в этом мире
— Да, — лаконично ответил Воршви.
Так, ну что ж, можно начинать морально готовится к двухдневному концерту местного шамана. Только вот хм… зеркальце-то у меня одно было. Что ему дарить? Блокнотик? Да сдался он ему! Щётку для волос? Самой нужна. Иголку с нитками?
— Шаман? — словно прочтя мои мысли, спросил Генри, посмотрев на арокси.
— Нет, — последовал очередной короткий ответ.
Вот уж заинтриговал! Ладно, поглядим, чем нас удивит данная раса.
— После ужина отведу вас к Пашити — он один живёт, у него и заночуете, — объявил Воршви, закрыв предыдущую тему.
— Спасибо, — поблагодарили мы.
Закончив трапезничать, в сопровождении Воршви мы отправились к арокси, которого звали Пашити.
Тот встретил нас вполне радушно и отвёл в комнату (у него их было две), где организовал спальное место. У него даже простынка имелась и наволочки для подушек. Накрываться нам предстояло шерстяным одеялом.
Принеся напоследок кувшин воды и пожелав приятных снов, Пашити удалился в свою комнату.
На всякий случай запихнула под подушку косметичку.
— Подальше положишь — поближе возьмешь? — блеснул Генри знанием русской поговорки и спрятал под своей подушкой пистолет и армейский нож.
Раздеваться мы не стали. Постельное бельё хоть и не производило впечатления несвежего, но всё равно спать на нём без одежды было стрёмно.
— Хорошо, хоть арокси не нужно доказывать, что мы муж с женой, — сказала я, прижимаясь к Генри всем телом.
— Почему — хорошо? — удивился тот, целуя мой лоб у корней волос. — Я бы с удовольствием это доказал, и не один раз.
— Да, я правда какую-то глупость сморозила, — призналась смущённо. — Просто сама по себе необходимость доказательств бесит.
— Это точно, — шепнул Генри, продвигаясь поцелуями к макушке.
— Ты что, серьёзно — насчёт прямо сейчас? — зашипела я, чувствуя, как по телу расходится возбуждающее тепло. — За стенкой Пашити спит.
— Я не собираюсь его будить.
Рука мужчины настойчиво нырнула мне под свитер.
— Ты пологом тишины нас накрыл, что ли? — догадалась я. — Что-то туплю сегодня.
— Ты просто очень устала, потому и тупишь, — прошептал Штурмовик, оттягивая вверх чашечку бюстгальтера.
—
— Лишь самую малость, — смягчил приговор Штурмовик, продолжая активно работать ладонью под свитером.
Интимность его тона лишила меня возможности что-либо возразить. Рука сама потянулась к пряжке его ремня…
Утром нас разбудили не так рано, как у ворсхи, но и не так поздно, как у вампиров.
Завтракали у Пашити — он приготовил нам кашу и угостил вареньем, которое мы, чтобы было сытнее, намазывали на куски лепёшек.
Сразу после этой незамысловатой трапезы, за нами зашёл Воршви.
А когда мы вместе с ним вышли из дома, нас окружила целая орава детей.
— Они просят тебя обернуться собакой, — довёл до меня тролль желание ребятишек.
Недолго думая я перекинулась.
Толпа детей окружила меня плотным кольцом. Каждый пытался погладить, легонько потрепать шерсть, некоторые даже пробовали приобнять.
Когда первое знакомство завершилось и дети расступились, Генри слепил снежок, кинул в меня.
В прыжке поймала его, разжевала.
Ребятня радостно загалдела и начала закидывать меня снежками.
Я, вертясь на месте как сумасшедшая, честно ловила зубами все снежки, что пролетали мимо моей пасти.
Минут десять продолжалась эта забава. Будь их воля, дети играли бы со мной до вечера. Но нам нужно учить язык троллей, поэтому к великому сожалению ребят, я перекинулась в человека. Снежок, пущенный в меня, пока я ещё была собакой, Генри поймал рукой прямо у моего лица.
Спасибо, дорогой!
— По-прежнему считаешь собаку бесполезным недоразумением? — саркастичным тоном поинтересовалась я у Воршви.
— Кажется, уже нет, — засмеялся вожак. — Идёмте учить язык, — он приглащающе махнул рукой.
Нас привели в какую-то пещеру.
— Ничего себе! — протянула я, оглядывая её стены.
Вся пещера, а она была отнюдь не маленькой, была изрисована изображениями разных сценок из жизни: охота, рубка леса, строительство дома, ловля рыбы, приготовление еды и так далее — всего сюжетов было около полусотни. Рядом с каждым присутствовала поясняющая надпись из незнакомых символов.
От рисунков сильно фонило неизвестной магией.
