«В то время как весь советский народ, в едином порыве восстановив разрушенное войной народное хозяйство, создаёт экономическую основу построения коммунизма, отдельные граждане, позорящие звание работника советской торговли, занимаются хищениями и спекуляциями. Эти отщепенцы наживаются на наших гражданах, продавая товары по завышенным ценам и обманывая покупателей.
Подобные действия не останутся безнаказанными! Советская власть не потерпит спекуляции и хищений социалистической собственности. Наша доблестная милиция ведёт активную работу по выявлению и привлечению к ответственности расхитителей.
Недавно был раскрыт целый ряд преступлений, связанных со спекуляцией и хищениями в сфере торговли. Задержаны десятки преступников, изъят значительный объём похищенных товаров и незаконно заработанных денег.
Сколько верёвочке не виться – конец один! Суровая рука советского закона выкорчует расхитителей и очистит ряды работников торговли от людей, нечестных на руку. Все, кто нарушает социалистическую законность и наживается на нуждах народа, будут разоблачены и сурово наказаны. Мы не позволим им подрывать нашу экономику и благосостояние советских граждан».
Из окна буфета хорошо видно лётное поле.
Лида любила в коротких перерывах между наплывами пассажиров постоять у окна, посмотреть на самолёты. Особенно ей нравилось наблюдать, как они выруливают на взлётную полосу, отрываются от земли, уносятся в бескрайние дали. Лида представляла, что она сидит в комфортном кресле серебристого лайнера и улетает всё дальше и дальше от своей несложившейся жизни и опостылевшей работы.
Надо только денег подкопить, тогда она непременно купит билет. Неважно куда, лишь бы улететь. Вот только как подкопить? Покупателей обсчитывать, как Зося, посудомойка, советует? Нет уж, с этим делом Лида зареклась. Правильно говорят – не воруй, где живёшь. Отсидела восемь лет от звонка до звонка по сто шестьдесят второй статье за кражу государственной собственности в группе лиц, с неё хватит. Надо что-то другое придумать. Рассчитывала на второго мужа – пилота, да незадача вышла. Застукал её супруг, не вовремя вернувшись, с любовником-морячком. Сама, конечно, дура, зачем любовника в мужнину квартиру притащила? Но уже не поправишь. Морячок убежал в одних кальсонах, а её из дома с позором выгнали. Детей у них не было, развод супруг за неделю оформил, и сделалась Лида вновь Жуковой.
После злополучной встречи с сестрой провалялась Лида месяц в больнице. Гематому какую-то у неё в голове обнаружили. Хорошо, без параличей обошлось. Только головные боли к перемене погоды да шрам на черепушке остались.
Заявление в милицию подавать не стала, хотела сама с Клавкой разобраться. Но только из больницы вышла, как милиция сама за ней явилась, замели вместе с директором магазина, кладовщиком и бухгалтером. Ещё хорошо, что сроком отделалась, директора к стенке поставили. Кража в особо крупном размере. Первый муж – инженер, скотина неблагодарная, сразу от неё открестился. Забыл, сколько шмоток импортных она ему перетаскала! Мигом развёлся, из квартиры выписал. И восемь лет ни письма, ни передачи.
За время отсидки желание отомстить сестре не то чтобы пропало, но поутихло. Освободившись, решила Лида месть отложить на потом. Уехала в Симферополь, устроилась буфетчицей в аэропорту, окрутила лётчика, и жизнь вроде наладилась, да…
Лида вздохнула и снова уставилась в окно. На лётном поле происходило нечто необычное. К приземлившемуся лайнеру кроме трапа подъехал подъехал автобус, из которого вышли несколько человек, двое с цветами.
«Шишку встречают? – предположила Лида. – Нет, для шишки бы «Волгу» чёрную подали. Или даже «Чайку». Наверное, команду спортивную».
