– И чего бы ты добился? Он сбежал, и это главное.
– Вовсе нет, – возразил Лукас. – Скажи, а почему ты ударила его. Он что-то сделал, да? Клянусь богом, если он снова попытается применить к тебе силу, я уничтожу его, убью как бешеную собаку.
– Он всего лишь поцеловал меня, не причинив никакого вреда.
– Никакого вреда?! – При мысли о том, что этот скользкий Ромео прикоснулся своими мерзкими губами к Рори, Лукас заскрипел зубами. – Послушай меня… Если он посмеет еще раз к тебе приблизиться, скажи мне. Я его убью.
– Я говорю правду. – Рори вздохнула. – Поверь, он никакой опасности для меня не представляет.
– Перестань защищать его! – Лукас вновь разозлился. – Кстати, а что он здесь делал? Тинсли не стал бы его приглашать. И почему ты пошла на встречу с ним после всего, что он с тобой сделал восемь лет назад?
Рори содрогнулась и закрыла лицо ладонями.
– Я просто думала… Впрочем, не важно. Ты не поймешь.
Лукас почувствовал ее боль и сразу пожалел о том, что накричал на нее. Он никогда еще не видел Рори такой подавленной – только бодрой, остроумной и смелой. А сейчас…
Он подошел к ней и обнял. Конечно, Лукас прекрасно знал, что Рори никогда не будет принадлежать ему, однако его тело не знало логики, и он сейчас действовал вопреки разуму.
Держать ее в объятиях – это было для него нешуточным испытанием. А она уткнулась лицом ему в грудь – и замерла. Чуть помедлив, Лукас наклонил голову и вдохнул цветочный аромат ее волос. Ему ужасно хотелось ее поцеловать – казалось, что без этого он просто не сможет больше дышать. Проклятье! Он желал куда большего, чем поцелуй. Ему хотелось уложить ее в постель.
Но ведь тогда он уравняет себя с негодяем Стефано, а это для него было совершенно неприемлемо. Тем не менее сила эмоций, нахлынувших на него, не могла не пугать. Он испытывал страстное желание обладать этой женщиной – ничего подобного Лукас не чувствовал даже в юности. Последние несколько дней, проведенные с Рори, усилили его влечение к ней. Временами ему даже казалось, что он бы жизнь отдал – только бы она была счастлива.
– Давай сядем, – пробормотал маркиз.
И они вместе опустились на скамейку под цветущим деревом. Внезапно подул ветер, и дерево осыпало их лепестками, словно празднуя их свадьбу. А из дома лилась нежная мелодия вальса. Лукас понимал всю опасность столь романтической обстановки, но по-прежнему обнимал Рори за талию.
Он заглянул ей в лицо, черты которого были едва различимы в темноте. Находясь так близко от этой женщины, он чувствовал головокружение – словно выпил слишком много вина.
– Расскажи мне все, – потребовал он, стараясь говорить как можно спокойнее. – Ты случайно встретила Стефано? Или вы договорились заранее?
– Заранее? Нет, конечно. Он прятался в бальном зале за кадкой с какой-то растительностью. А потом попросил меня выйти в сад, чтобы мы могли без помех поговорить. Я не увидела в этом ничего дурного.
Лукас в очередной раз скрипнул зубами; казалось, еще немного, и зубы начнут крошиться.
– Неужели тебе не пришло в голову, что он может наброситься на тебя? В зале шумно, играет музыка, никто бы не услышал твоего крика.
– Поверь мне, никакой опасности не было. Я могу за себя постоять.
Как ни странно, но вызов, прозвучавший в ее голосе, порадовал Лукаса. Ему не хотелось видеть ее униженной и несчастной. Однако она пребывала во власти иллюзий, если считала, что такой слизняк, как этот Стефано, не сможет совершить насилие.
– Откуда он узнал, что ты здесь?
– А он не знал. По его словам, он уже две недели проникает без приглашения то на один бал, то на другой, высматривая меня.
– Ублюдку повезло. Я его не заметил. Иначе он отправился бы в свою Италию на ближайшем пароходе, сложив зубы в карман.
Рори издала какой-то неопределенный звук, и Лукас испугался, что оскорбил ее своим лексиконом. «Впредь надо все-таки выбирать выражения», – сказал он себе. Но беда в том, что рядом с ней он не мог себя контролировать. Рядом с ней он не был оратором, тщательно подбирающим слова.
Смех Рори прозвучал словно звон серебряных колокольчиков.
– Зубы в кармане?! Какая ужасная картина! Хотя он того заслуживает, я думаю.
– Разумеется, заслуживает. Только последний негодяй стал бы искать тебя после того, как ты узнала, что он женат.
– Ой, Лукас… Оказывается, его жена умерла. Это он и хотел мне сказать, – пробормотала Рори.
Неприятно удивленный сочувствием в ее голосе, Лукас ощутил укол ревности. Черт побери, неужели она все еще испытывала какие-то чувства к этому трусливому и подлому Казанове? При этой мысли у него перехватило дыхание. Что ж, ведь Стефано был ее первой любовью… А он, Лукас, так и не смог забыть свою первую настоящую любовь – Рори Пэкстон.
Он провел ладонью по щеке.
– Ты не должна верить ни единому слову этой лживой скотины, Рори. Вполне возможно, его жена жива и прекрасно себя чувствует. Он лгал тебе раньше – наверняка лжет и теперь.
– Но мне показалось, что его сердце разбито.
– У него нет сердца. Зато он превосходный актер, и этим все сказано. Обещай, что будешь держаться от него подальше.
Как и следовало ожидать, Рори заупрямилась.
