— Теперь обстоятельства требуют срочной отправки туда полка, сформированного здесь. Однако этот полк очень плохо вооружен. Между тем на вас, господин Шаумян, возложена обязанность содействовать созданию и вооружению армянских войск на Кавказе...
При этих словах Корганов нервно двинул ногой, задел под столом кастрюлю, и она загремела. Гости с удивлением переглянулись.
— Так, так... — Шаумян минуту сосредоточенно думал, потом сказал с присущей ему прямотой, часто приводившей собеседников в замешательство: — Давайте, господин генерал, будем говорить начистоту: почему же вы, получив задание по созданию армянских войск от Советского правительства, после прибытия сюда держали контакт не со мной и Бакинским Советом депутатов, а с Армянским национальным советом?
Но этот вопрос, казалось, нисколько не смутил Багратуни.
— Что ж, на прямой вопрос я дам такой же прямой ответ, — слегка улыбнулся он. — По соглашению с правительством господина Ленина (он упорно не хотел произнести слово «советским») я должен был создать армянские войска из солдат и офицеров — фронтовиков. А как раз этот контингент, и в особенности офицерский состав, после возвращения с фронта почему-то поступал в распоряжение не Бакинского Совета, а Армянского национального совета. Естественно, что я у них и просил помощи для формирования полка.
— Но тогда какой же нам расчет вооружать этот полк? — запальчиво спросил Корганов.
— Видите ли, штабс-капитан, — Багратуни произнес это слово с улыбкой, но подчеркнуто, — расчет все же есть. Ведь Армянский национальный совет в отличие, скажем, от Мусульманского комитета не делал никаких враждебных заявлений против вашей власти в Баку. И затем наш полк направляется на защиту границ Кавказа, а это в ваших интересах. Не так ли, господин Шаумян?
— Что ж, это резонно, — кивнул Степан Георгиевич. — Но скажите мне, генерал, как вы думаете пробиться в Армению? Ведь на вашем пути лежит Гянджа, а там едва ли отнесутся с восторгом к намерению целого армянского полка идти на войну с турками...
— Вот вам, кстати, еще одна причина, почему мы должны былин скорее связаться именно с Армянским национальным советом! — подхватил Багратуни. — Войска, находящиеся непосредственно в вашем подчинении, конечно, ни в коем случае не были бы пропущены через Гянджу... Между тем представители столь неугодного вам национального совета сидят вместе с мусульманами в правительстве Тифлиса, и они уже договорились, что нас пропустят в Армению беспрепятственно.
Шаумян недоверчиво усмехнулся, и тогда заговорил Аветисов:
— А в крайнем случае мы пробьемся туда с боем. Но именно для этого и нужно будет оружие.
— Так, так... — снова произнес Шаумян. — Что ж, господа, ни я, как Чрезвычайный комиссар Кавказа, ни исполком Баксовета, конечно, не намерены, да и не имеем права, отменять распоряжение центрального Советского правительства о создании армянских войск. Но прошу учесть, что после занятия Петровска Дагестанским полком Дикой дивизии наша связь с Россией временно прорвана и получать оружие оттуда мы пока не можем. А то количество вооружения, которым мы располагаем, весьма ограниченно. Но тем не менее я попрошу представить заявку, а мы посмотрим, насколько можно будет удовлетворить ее.
— Заявка уже составлена, — сказал Багратуни и обернулся к Аветисову.
Аветисов достал из портфеля несколько листов бумаги и молча положил их перед Шаумяном. Тот поблагодарил:
— Спасибо, господа. Мы рассмотрим заявку и скоро дадим ответ.
Багратуни и Аветисов встали.
— Еще раз прошу, господа, не медлить, — сказал Багратуни. — Нам нужно поскорее направиться туда, где целому народу грозит смертельная опасность.
Оба посетителя, поклонившись, ушли. Оставшиеся некоторое время молчали. Азизбеков, наклонив голову, думал. Корганов сразу же схватил заявку и углубился в чтение. Шаумян зашагал по кабинету, исподтишка поглядывая на остальных. Фиолетов вытащил из-под стола злополучную кастрюлю. Джапаридзе хмуро кусал губы.
— Ну? Так что же вы скажете? — наконец спросил Шаумян. — Мешади-бек, мне особенно хотелось бы знать твое мнение.
Азизбеков поднял голову, посмотрел на него и глухо спросил:
— Ты зачем звал меня сюда, Степан?.. Ты знал, с чем должны прийти эти?
— Знал, — кивнул Шаумян. — Еще вчера мне звонил по этому поводу Абрам Гюльханданян. Впрочем, цель их посещения была понятна и без того.
— Понятна? — вдруг воскликнул Корганов, стукнув кулаком по заявке, которую он закончил читать. — А мне не понятно, нужно ли это делать. Откуда мы знаем, что, получив у нас оружие, они не повернут его против нас же?
— Конечно, это не исключено, — согласился Шаумян. — Но самое главное, если хотите знать, — не это. Вот мы перед их приходом решили, что не позволим мусаватистам создавать здесь свой полк. А дашнакам, оказывается, мы должны дать оружие!.. Как это будет выглядеть в глазах масс? Мусават и без того обвиняет нас, а в особенности меня, чуть ли не в национализме. А мы им дадим в руки такой мощный аргумент!
