Последний безответный вопрос понудил старшего брата к розыску. На запрос из Борисовки Главный штаб ответил, что обер-офицер такой-то умер от ран в 1813 году на Висле. Здрасте вам! Как же покойник умудрился через пять лет отправить сестре «гостинец»? С того света, что ли? Что ж, спасибо и за такие сведения, появилась ещё одна зацепка: Висла, река в Польше. Поиски усложнились тем, что после отписки из Главного штаба они становились для Андрея негласными. Видимо, у Игнатия, сына Борисова, были причины оставаться среди мёртвых. Только очень близкие ему люди в новой жизни могли знать, что их Игнацы когда-то был русским офицером такого-то полка. Скорее всего, он и фамилию сменил и национальность, сейчас какой-нибудь пан на «ский».
Среди надвислянского панства и стал осторожно шарить Андрей. Вернее, поиски вёл за щедрое вознаграждение сын уфимского знакомца, служивший при Наместнике его императорского величества в Царстве Польском. Связь с ним владелец Борисовки поддерживал перепиской. В конце концов в реестре землевладельцев внимание Корнина привлёк хозяин
