Из последней Русско-турецкой войны Черногория вышла в числе победительниц. Ветхие стамбульские бумажки, ограничивающие её независимость, были отправлены из архива канцелярии князя на самые дальние полки государственного хранилища старых актов. Территория воинственного народа увеличилась почти вдвое за счёт плодородных долин с посёлками Подгорица и Никшич, истинно райского ожерелья Скадорского озера и берега Адриатического моря, на котором форты порта Бар хранили следы ядер, выпущенных с кораблей флотилии Сенявина в 1806 году. Вместе с тем монастырские госпитали оказались переполненными ранеными как никогда.
Мать Сергия вспомнила о письме архиерея, переданном ей кучером при доставке в монастырь молодой вдовы. В нём затесалось сведение о её службе сестрой милосердия. Опытная сестра стала для игуменьи находкой. Лекарь из Никшича появлялся в обители один раз в месяц. Поэтому вся ответственность по уходу за ранеными легла на Елицу ещё до того, как она приняла постриг под именем сестры Арсении.
Удивительное превращения происходили в ней, когда она переступала порог госпиталя. Её окаменевшая душа при виде ран на мужском теле начинала излучать такую энергию, что мертвеющая ткань оживала, наполнялась здоровой кровью. Конечно, это лишь поэтическое объяснение благому влиянию сестры милосердия на ожидающего смерти, как избавления от мук. В действительности сестра Арсения достигала успеха при уходе за ранеными полной отдачей делу, на которую её благословили и которое оказалось её личным выбором. Она следовать заветам основательницы монастыря, ибо сама была чистоплотной, жадной до свежего воздуха и ключевой воды. Тайна лечебных трав открылась ей легко, благодаря природной наклонности, а что касается новых лекарств, она выдавала таблетки и порошки, растворы строго по предписаниям армейских лекарей. И, главное, быстро завоевавшая авторитет среди товарок новая сестра по какому-то наитию всегда оказывалась рядом с тем, кто в ней, на грани жизни и смерти, нуждался. Она умела выбрать наилучшее средство помощи, ободрить, внушить веру в благоприятный исход кризиса. Когда кто-нибудь испускал последний вздох на её руках, на соседних койках говорили: «Бедняга, припоздал к нашей. Раньше бы». Выжившие под надзором сестры Арсении и свидетели её искусства разносили молву о целительных руках черницы, когда-то побывавшей в лапах дьявола, но вырвавшейся и нашедшей приют у Бога. Неизвестно, откуда пошёл слух, мол, была Елица в мирской жизни колдуньей (недаром имя её языческое) и сумела оживить убитого на войне мужа. От него понесла, но Господь велел вернуть павшего в могилу, а колдунье отмаливать грех в Старопивском монастыре служением страждущим. Для этого оставлены ей способности целительницы. Чёрную магию она превращала в белую. Такая вот белиберда. Но православные верили.
