– Хорошо, я пощажу тебя, презренный. Но расскажи при всём народе, кто спас дочь раджи и почему ты оставил меня на съедение ракшаске.
Дрожащий от страха Сапилах признался в своём вероломстве.
Тогда раджа посадил Дауда рядом с собой, а Сапилаху сказал так:
– Бешеному шакалу надо рубить хвост по самые уши!
И он подал знак палачу. Но Дауд сказал почтительно радже:
– Гнев твой справедлив, мудрый повелитель. Но сегодня самый счастливый день в моей жизни. И я не хочу омрачать его смертью своего брата.
– Хорошо, пусть будет по-твоему, – смилостивился повелитель. – Однако злодей этот не должен больше осквернять наши взоры. Эй, стража! Гоните его палками за стены города!
Услыхав такое приказание, трусливый Сапилах бросился бежать с такой скоростью, что его не догнала бы и быстроногая лань.
В тот же день состоялась свадьба Дауда и Сапарвати. Тысячу человек позвал раджа на свадьбу своей дочери. Сто флейтистов играли на этой свадьбе.
Дауд не забыл рыбака, что спас ему жизнь. Он приказал построить рыбаку новую хижину, подарил ему самые крепкие сети и самую большую лодку.
А о подлом Сапилахе никто больше не слышал. И никто не знает, где он нашёл себе пристанище.
На острове Суматра жил один бедный крестьянин. На маленьком клочке его земли росло одно-единственное банановое дерево.
Однажды мимо хижины этого бедняка проходили три путника: монах, лекарь и ростовщик. Первым увидел банановое дерево ростовщик. И он сказал своим спутникам так:
– Нас трое, а крестьянин один. Как может он помешать нам лакомиться его бананами?
И нечестные люди стали, как ни в чём не бывало, поедать на глазах крестьянина плоды с его единственного дерева.
– Что вы делаете, почтенные господа! – закричал в отчаянии бедняк. – Это же мои бананы!
– Ну и что из того, что твои? – спросил нагло монах.
– Они нам пришлись по вкусу, вот мы их и едим, – добавил лекарь.
– И не мешай нам, а не то тебе придётся плохо! – пригрозил ростовщик.
«Их трое, а я один, – подумал крестьянин. – Силою мне с ними не совладать. Но не буду же я спокойно смотреть, как они хозяйничают на моей земле».
И, обратившись к незваным гостям, он сказал:
– Великая честь видеть в своём доме служителя неба и знаменитого лекаря. Но я поражён, что с вами находится такой презренный человек, как этот ростовщик. Смотрите, сколь он жаден: пока вы срываете один банан, он срывает пять, да ещё самых спелых!
Тогда монах воскликнул в негодовании:
– Прожорливый ростовщик! Ты проявил непочтительность к служителю неба! Убирайся отсюда, пока мы не расправились с тобой!
«Их трое, а я один», – подумал в страхе ростовщик и поспешил исчезнуть. Монах же и лекарь по-прежнему продолжали срывать с дерева бананы. Тогда крестьянин обратился к лекарю с такими словами:
– Не сердитесь на меня, почтенный господин, но мне кажется, что ваша наука не в силах исцелить человеческий недуг.
– Что ты понимаешь в моей науке, невежда! Множество людей выздоровело благодаря моим советам!
– А я думаю, что они выздоровели потому, что так угодно было небу.
– При чём здесь небо? Лечу людей я, а не небо!
– Что ты говоришь, нечестивец! – возмутился монах. – Ты посмел усомниться в могуществе неба?!
– Святой отец, он оскорбил небо! – воскликнул вслед за монахом крестьянин. – Великий грех находиться рядом с таким нечестивцем!
– Сгинь с моих глаз сейчас же! – завопил монах.
«Их двое, а я один», – подумал лекарь и, забыв о бананах, бросился бежать.
Когда крестьянин и монах остались один на один, крестьянин спросил монаха:
– О ты, изучивший многие священные законы: скажи – не запрещают ли эти законы присваивать имущество других?
– Да, это так, – подтвердил монах.
– Тогда почему же ты пожираешь бананы, которые не принадлежат тебе?
Пока монах думал, что ему ответить, крестьянин взял увесистую палку и, указав монаху на дорогу, сказал:
– Ступай своим путём, святой отец. И впредь даже близко не подходи к моему дереву!
Монах покосился на увесистую палку в руках крестьянина и поспешил прочь.
Так находчивый крестьянин избавился от непрошеных гостей.
Уодной бедной вдовы был сын, весёлый и смелый мальчик. Вся деревня любила Сандино, – так звали мальчика. Не любила его только родная тётка. Вы спросите, почему? Да потому, что она не любила никого на свете, кроме себя самой. Жила эта женщина далеко за деревней, по дороге в лес.
Однажды мать попросила Сандино сходить в джунгли за хворостом и дала ему на дорогу три пирожка.
Придя в лес, Сандино сел передохнуть в тени столетнего фикуса. Он, конечно, не знал, что в дупле этого фикуса жили три лесных трусливых чёрта.
Вспомнил мальчик, что мать дала ему на дорогу несколько пирожков, и сказал вслух:
– Ах, как я проголодался! Придётся парочку съесть сейчас, а с третьим уж расправлюсь немного погодя…
Услыхали эти слова трусливые черти, выскочили из дупла, бросились мальчику в ноги:
– Не ешь нас, не ешь! Хочешь, мы подарим тебе чашу из кокосового ореха?
– У меня дома есть своя чаша, – сказал Сандино.
