Но прежде чем я успела опустить оружие в притворном ударе, пальцы Мелисы дёрнулись — и боль, которую я не испытывала никогда в жизни, пронзила живот. Я опустила взгляд — три ледяных кинжала торчали из моего тела. Воздух вырвался из лёгких, я упала на колени, ощущая металлический вкус крови во рту. Когда она поднялась с земли, я сплюнула у её ног. Вид затуманился от усилия просто дышать.
Мелиса возвышалась надо мной — звёздочки в глазах лишь подчёркивали выражение торжествующей самодовольной мерзости на её лице.
— Для протокола: я испугалась за свою жизнь, — сладким голоском произнесла она. — По крайней мере, так я и скажу. А я ведь всего лишь хотела научить тебя драться. Какой неблагодарный способ отплатить мне.
Она присела рядом, когда моя голова беспомощно откинулась вбок.
— Знаешь, Дрейвин однажды встретил меня в Гуаке’тэ, — произнесла она, прикусив губу, а уголки её рта приподнялись в самодовольной ухмылке. — Ммм… Это было нечто. Я никогда не забуду, как он двигался, как его тело прижималось к моему… И тот взгляд. — Несмотря на то что мне не хватало воздуха, ярость во мне закипала, тяжёлой, почти осязаемой волной.
Мелиса на миг посмотрела куда-то в сторону.
— В тот вечер в его взгляде было нечто такое… нечто, что дало мне понять: я принадлежу ему. Несмотря на его слова. — Её глаза вернулись ко мне. — Я понимаю твою одержимость. Желание сделать его своим.
Она резко схватила меня за подбородок, ногти впились в кожу щёк:
— Но он не твой. Никогда не был. И никогда не будет. Так что, чтобы было ясно: ты не придёшь на церемонию соединения. Пока остальные атлантийцы будут находить своих пар, ты даже не подойдёшь близко к храму. Ты будешь надёжно заперта во дворце, вероятно, удовлетворяя себя, улавливая лишь остатки похоти, исходящей от ритуала. Но Дрейвина ты не увидишь. И знаешь почему?
Она ждала ответа, но мой голос подвёл меня. Вместо этого я сплюнула ей в лицо. Я ожидала пощёчины — и она пришла, оглушающей волной боли, отбрасывая меня вбок. Мелиса поднялась и призвала воду, чтобы умыться, но никакая вода не могла смыть выражение праведной злобы с её лица.
— Знаешь почему, Ашера? Ответь мне! — завопила она.
— Нет, — прохрипела я сквозь бульканье крови.
Улыбка, появившаяся на лице Мелисы, была искренним ликованием.
— Потому что я — настоящая атлантийка. Истинная водная фэйри. Я изучала тексты совета. Вдоль и поперёк. Ты не хочешь знать, как я умею мстить. Но самое главное — в моих планах для тебя нет места Дрейвину. Потому что однажды он выведет меня перед богити как свою избранную.
Я подумала, что это крайне маловероятно. Мир вокруг начал расплываться в темноте.
— Дрейвин — мой истинный. А ты здесь никто. Просто мелкая помеха, Ашера Дельмар.
Я закрыла глаза, но успела поморщиться от боли, когда последний ледяной кинжал вонзился мне в живот — и раздался её смех:
— Жалкая.
Мои глаза распахнулись в последний раз, когда Мелиса выдернула кинжалы из моего тела — и горячая кровь хлынула наружу. Она повернулась к выходу:
— Найдите Дакса. Сообщите ему, что его маленькая принцесса пострадала на тренировке.
Это были последние слова, которые я услышала… Прежде чем тьма накрыла меня.
***
Глухой гул голосов прорвался сквозь темноту моего сознания — знакомые интонации, обрывки разговора, которые мой разум начал складывать воедино ещё до того, как я смогла открыть глаза.
— Она должна была быть под охраной Беламо. Он сказал мне, что остаётся с ней, пока я разбирался с выходкой этой ведьмы из совета, — раздражённо прошептал Дакс.
— Ну да, он и остался, как ты просил. Просто не знал, что Кейна отстранили от охраны Ашеры, когда тот пришёл на смену, — ответил отец со вздохом. — В любом случае, Майлз уже наверняка докопался до сути. Я почти уверен, что сейчас он отчитывает её так, что мало не покажется. В своём, конечно, фирменном стиле.
— Она что, ни перед чем не остановится? — возмущённо спросила Ренея.
— По всей видимости, нет, — отозвался Дрейвин. После короткой паузы он добавил: — Я не могу отделаться от чувства, что это моя вина.
Со всех сторон раздалось хоровое:
— Нет.
Я собрала все силы и попыталась открыть глаза. Свет фей начал слепить, прежде чем формы начали обретать очертания. Я моргнула несколько раз, прогоняя сухость. Каменная палата лазарета — последнее место, где я ожидала очнуться. Мой взгляд остановился на Дрейвине, сидящем на деревянном стуле с лицом, спрятанным в ладонях.
— Это не твоя вина, — прохрипела я, голос был сухим и надтреснутым.
Четыре пары глаз повернулись ко мне, на лицах — тревога. Дрейвин передвинул стул ближе и сел рядом.
— Как ты себя чувствуешь, наничи? — спросил он, устроившись рядом.
Я тут же метнулась взглядом к отцу. Он никогда раньше не слышал, чтобы Дрейвин так меня называл. Ну всё, теперь уж не скрыть. Мой взгляд вернулся к Дрейвину.
— Как будто проиграла очень хорошую тренировочную схватку.
— И это действительно то, что случилось? — спросил Дакс, в его взгляде читалась мольба о правде.
