— Церемония только для фэйри, милая Ашера, — ответил Аурелио с лёгкой улыбкой. — Люди могут подпитываться энергией церемонии — и делают это, — но им настоятельно советуют оставаться в своих покоях ради безопасности.
Я резко отпрянула:
— Почему?
— Фэйри, — начала Ренея, голос стал серьёзнее, — могут стать… чересчур буйными во время церемонии соединения. Людям опасно находиться рядом с празднованием. Границы существуют не просто так. Люди… ну, у нас нет сил, чтобы сопротивляться зову, а фэйри, как известно, умеют этим пользоваться.
Она задумчиво уставилась в даль:
— Такая сила — и правда может свалить с ног.
— В буквальном смысле, — пробормотал Дакс. Ренея метнула в него недоверчивый взгляд.
Я поджала губы, задумавшись:
— То есть, если люди должны оставаться в своих покоях, а фэйри — на Гуаке’те, то кто охраняет Атлантиду?
— Во время каждой церемонии Гуаке’те Стражи работают по ротации, — пояснил Дакс, отпивая из бокала, прежде чем продолжить: — Жрицы дают им зелье, которое ослабляет воздействие церемонии. Это ночь дикого безумия. Мы, фэйри, полностью отдаёмся своим первобытным инстинктам. И, честно говоря, даже если у кого-то с нечистыми намерениями и возникнет мысль что-то предпринять — у него не получится. Энергия церемонии слишком сильна. А те из нас, кто ещё не обрёл пару… Это настоящее, живое желание — почувствовать, прижаться, отдаться страсти.
Он хищно ухмыльнулся:
— Я был на дежурстве в прошлом году. А значит, в этом? Я отрываюсь. Планирую остаться на празднике в храме до самого рассвета.
— Как только церемония начнётся, моя дверь будет крепко заперта, а Майлз — надёжно спрятан в моих покоях. У меня на этот год весьма… пикантные планы, — заметил Аурелио, постукивая пальцем по губам. — Кстати, надо будет заскочить в Fae Flings за припасами.
— Я слышал своё имя? — донёсся голос Майлза из-за наших спин — он помогал Самани с приборами.
Моё лицо моментально запылало, а Аурелио расхохотался:
— Ничего, дорогой. Просто рассказывал всем, какой ты замечательный.
— Хм. Почему-то не верю, — буркнул тот.
Мы перешли на более безопасные темы, но мои мысли всё ещё возвращались к словам Дакса о церемонии соединения. Где-то внутри начала разгораться тёплая, тревожная искра желания — я представляла, как теряю себя в объятиях Дрейвина.
— Не стоит нервничать, — вмешался Дакс, вырвав меня из раздумий своей улыбкой в духе Чеширского кота. — И не нужно этого стесняться, — добавил он, заметив, как я поёжилась от смущения. — Это естественно. Вы же связаны.
Я провела пальцем по краю бокала:
— Пока ещё нет.
— Для этого не нужен ритуал Бохити, чтобы понять: вы уже связаны. Я никогда не видел его таким. До тебя его интересовала только работа Стража. — Его взгляд потеплел. — Расслабься, Ашера. Церемония — это счастье. Не бойся её. Наслаждайся.
Я улыбнулась. И в тот же миг тревога уступила место предвкушению.
Глава 38
Я бывал в ситуациях, когда у любого нервы взлетели бы до небес, но мои — никогда. У меня был особый дар сохранять хладнокровие в моменты сильнейшего напряжения. Для Командира это считалось необходимым. Именно поэтому я знал: разговор, который мне предстояло провести с моим Регентом, был одним из важнейших в моей жизни. С каждым шагом по тропинке между лозами мои нервы дрожали, словно струны, а дыхание становилось всё быстрее.
Я услышал негромкий гул голосов ещё до того, как нашёл их рядом со старейшей лозой на всём винограднике. Баба размахивал руками, как он всегда делал, когда говорил о нашей семейной винодельне.
— Приветствую, — окликнул я их.
— Ой. Гуали. Я как раз рассказывал Катану про лозу Элирон.
Я знаю, — хотелось ответить мне. Я попытался скрыть улыбку — безуспешно.
— Биби зовёт вас. Ужин почти готов.
— Прекрасно. А то мой желудок уже начал бунтовать, — сказал Баба, потирая живот круговыми движениями.
Я прочистил горло:
— Эм… Катан, я хотел бы поговорить с вами наедине.
Я почувствовал, как жар поднимается к шее, и мысленно поблагодарил богиню за наступающий вечер и темнеющее небо над нами. Взгляды и ухмылки, которыми они обменялись, не добавили мне уверенности.
— Конечно, — сказал Катан.
— Оставляю вас, — сказал Зориато, проходя мимо и крепко сжав моё плечо.
— Как обычно, умеешь расположить к себе людей, — усмехнулся я.
Катан пожал плечами с лёгкой улыбкой:
— Если человек вот-вот станет частью моей семьи, думаю, стоит начать его отогревать.
— Значит, вы уже знаете, к чему я веду?
— А как иначе? Кажется, я никогда не видел свою дочь такой счастливой. — Он вздохнул. — И не забывай, я тоже когда-то был связан узами. Я вижу признаки. Честно говоря, любой, у кого есть глаза, видит, что происходит между вами.
Я провёл рукой по волосам:
— Вы должны знать: я считаю Ашеру по-настоящему исключительной.
Катан кивнул:
— Такой она и есть.
— И я начал уважать её… и любить.
Я уловил в его взгляде ту самую серьёзность, которую нельзя было игнорировать.
