— Надеюсь, так оно и есть. Уважение и любовь — основа. Но не меньшее значение имеет понимание того, что вас ждёт. И того, что поставлено на карту, — произнёс Катан тоном, не допускающим возражений. — Так вот. Прежде чем ты скажешь мне, что намерен предстать с моей дочерью перед Бохити, у меня есть кое-что, чем я хочу с тобой поделиться. Потому что быть спутником Королевы — это отдельное испытание. Я знаю это на собственном опыте. — Катан сорвал висящий лист с лозы. — Ты знаешь, сколько времени я был связан с Нелеей до её смерти?
Я провёл рукой по лицу:
— Больше пятисот лет?
— Пятьсот тридцать семь лет, двести двенадцать дней и семь часов, плюс-минус, — произнёс он. — Каждое мгновение этого времени я любил её, защищал. Но в то же время — подчинялся. Если ей было нужно, чтобы я находился рядом с ней в Верхнем мире — я был там. Если она звала меня на Совет Королев — я был там. Если ей требовалось, чтобы я присматривал за Ашерой, пока она занималась делами в Атлантиде или встречалась с человеческой делегацией — я был там. Когда она попросила сохранить существование Ашеры в тайне, я яростно возражал. Но в конце концов уступил, потому что как Королева она имела право принимать окончательное решение.
Я дал себе время, чтобы переварить услышанное. Раньше я не задумывался, что у Ашеры будет полный контроль над нашими решениями. Но я также не верил, что она когда-либо примет решение столь масштабное и судьбоносное, как скрытие фэйлинга. Однако став Хранителями Реальмов, мы должны быть готовы к трудным выборам. Мы должны действовать как единое целое, отвечая на зов богини.
— Похоже, я задел за живое, — тихо сказал он.
Я покачал головой:
— Просто… — я вздохнул, понимая, что не могу раскрыть то, что мы узнали. — Пока сам не окажешься в такой ситуации, сложно предугадать, как она поступит. Ашера… она… Мне бы хотелось верить, что она отличается от своей матери. Но по правде говоря, вы — единственный, кто может знать это наверняка. Поэтому я спрошу прямо: вы считаете, ваша дочь поступила бы так же, как Нелея?
— Вполне возможно, — ответил он, скрестив руки на груди. — И тебе придётся решить, как ты с этим справишься. Да, я согласен, Ашера не такая, как Нелея. И мне хочется думать, что в этом есть и моя заслуга… но знает только богиня. Я надеюсь, что вы с Ашерой продолжите учиться расти вместе и научитесь говорить друг с другом не только шёпотом о любви и страсти. Эти чувства — хорошее начало, но они не могут быть единственным, что держит союз. Вам потребуется нечто большее, если вы действительно собираетесь пройти путь, который уготован вам богиней.
Он знал? По его словам казалось, что знал.
— Я любил Нелею. Богиня не ошиблась, когда связала нас. Но признаюсь: в наших отношениях бывали моменты крайне болезненные и изнуряющие. Моменты, о которых Ашера даже не подозревает. Я никогда — и не собираюсь — говорить плохо о её матери при ней. Я не хотел, чтобы она чувствовала ту напряжённость, которая порой возникала между нами с Нелеей. Это было бы нечестно. Но эмоциональная боль, которую я испытывал, была самой настоящей. И были ночи, когда в тишине я задавался вопросом: смогу ли я продолжать жить вот так? Но выхода не было. Как только связь установлена — её не стереть. Она остаётся на всю жизнь. И если ты окажешься далеко от своей пары — она даст тебе знать, что недовольна этим. Словно живое существо внутри тебя. Твоё стремление к ней будет вопить изнутри. И если она в это время будет исполнять свой долг… ты ничего не сможешь сделать, чтобы унять эту боль.
— Я не собираюсь покидать её, — твёрдо сказал я.
Катан усмехнулся и покачал головой:
— Ты можешь этого не планировать, но это случится. И будь уверен — случится. Сумеешь ли ты с этим справиться?
— Если придётся — справлюсь. Я сделаю всё, что нужно, — ответил я с жаром.
— А готов ли ты поставить себя на второе место?
Мои брови сдвинулись:
— Если вы спрашиваете, готов ли я ставить свою Королеву и свою спутницу на первое место, то мой ответ — безоговорочно да.
Край губ Катана дрогнул, и он кивнул. Он подошёл ближе и положил ладонь мне на плечо:
— Тогда ты готов, гуали.
Сердце сжалось, я сглотнул ком в горле.
— Благодарю вас, — с трудом выговорил я.
— Пойдём. Вернёмся к остальным. Подозреваю, тебе есть что объявить, — сказал он с подмигиванием.
Глава 39
