Для того чтобы управлять человечеством – это прекрасно. Но это либеральный проект. Проект традиционалистского возрождения должен опираться на человеческое в человеке.
Надо инициировать в людях их внутреннее содержание. Потому что в каждом из нас уже скрыт потенциал. Родившийся ребенок уже носит в себе взрослого мужчину и взрослую женщину.
Это сознание, которое будет, в зависимости от опыта, приобретать те или иные черты, на самом деле во многом определено тем, что мы можем описать прямым опытом.
И тем, что мы пока еще не можем описать, – опытом, приходящим откуда-то из неизвестных бездн, которые есть в каждом из нас.
Считаю, что этого не надо бояться. Хватит. Мы жили, как слепые, боясь открыть рот последние десятилетия.
Пришло время говорить о реальном человеке и о восстановлении статуса человеческого в современном мире.
Проблема молодежи, проблема взросления связана с проблемой человека как такового, с развитием внутреннего потенциала.
Верю, что это все возможно, хотя сопротивление всему этому огромное. Потому что человек, в котором человеческое становится реальным, выходит из общества потребления.
Он рождается свыше. Это то, о чем говорил Иисус. А если человек рождается свыше, то зачем ему это все?
Он становится свободным, стало быть – крайне опасным.
Как только люди перестают быть молодежью, они становятся свободными. Они становятся левыми или правыми, либералами или консерваторами, атеистами или монахами.
В любом случае они опасны для тех, кто навевает человечеству сон. Но только не золотой сон, а такой бумажный, с водяными знаками.
Я в самолете посреди ледяного поля
За окном только черное белое и желтые глаза смерти
Я не знаю почему ощущение дикой боли
Самое живое из всех ощущений на этом свете
Ты моя прекрасная жена это слово сводит с ума
Превращает душу в метель и уносит в русскую мглу
Ты ведь знаешь это потому что сама сама
Создала меня пальцем водя по ледяному стеклу
Я задуман Богом как тезис об оправдании зла
Ты была создана из моей межреберной пустоты
Куда входит нож жреца из вулканического стекла
Вместе с сердцем моим из меня вырываешься ты
Беги любовь моя беги и меня возьми
Из этой воющей тьмы русского забытья
Убежав от себя мы ведь точно будем людьми
В целом мире одни – только ты и я
Общество спектакля, которым является современное западное общество, и Россия в том числе, которая тоже как бы западное общество, навязывает свои правила не только социальным или политическим группам, но и каждому человеку в отдельности.
Если партии или национальные группы в обществе спектакля (журналисты, медиа, религиозные деятели) заслуживают этой приставки «как бы» – как бы религиозные, как бы журналисты, как бы партии, как бы политики, как бы нация, то, получается, и каждый человек в отдельности заслуживает этого эпитета – как бы человек.
У каждого человека возникает как бы язык. Псевдолюди все меньше и меньше доверяют собственному языку, словам – любовь, дружба, отчаяние, горе, радость, родина.
Все – как бы! Как бы любовь, как бы отчаяние, как бы родина, как бы радость, как бы горе.
Эту паразитическую приставку «как бы» очень часто использует молодое поколение, остро ощущающее фальшь и нереальность, нереалистичность собственного бытия.
Люди кажутся сами себе несуществующими. Виртуализация жизни, пребывание молодежи в Интернете, где редко кто называет себя своим именем или выставляет свою реальную фотографию.
Легко придумать себе псевдоним и под этим именем выступать, выступать активно, называя это свободой выражения, свободой высказывания.
Но это – как бы свобода, которая идет от как бы выступающего в как бы пространстве по поводу как бы реального как бы диалога.
Общество спектакля подробно описано и Бодрийяром, и другими философами и поэтому не стоит сейчас теоретически разбирать, до чего докатился концептуализированный мир – до такой степени, что концептом, то есть некоей вещью в себе, стало все.
Это не происки врагов, это объективные обстоятельства, которые являются следствием исторического поражения политического нигилизма и политической философии бытия, которое случилось в середине XX века.
И коммунизм, и правые идеологи были идеологиями модерна. Идеологиями диалектики, так или иначе.
Они опирались на сущности – массовые и личные, даже если они разрушали какие-то сущности как нечто реальное, как нечто имеющее плоть и кровь.
