В течение трех дней в порту было спокойно. Работа шла своим чередом, но в портовой суете все же чувствовалась какая-то напряженность. Поспешно грузились и отшвартовывались заполненные «под жвак» корабли. Интервенты, буржуа и белые торопились вывезти как можно больше ценного груза, дабы обеспечить себе безбедное существование на чужбине. Опасаясь нападения ворья и бандитов, Арсений перевелся в ночную смену, хотя и оставлял нескольких ребят дежурить днем. Атмосфера была нагнетена. Несколько раз грузчики замечали каких-то подозрительных типов, шныряющих по порту, но бандиты больше не назначали встреч, и портовая дружина, во главе с Сеней, отрабатывала разные варианты оборонительного боя.
Как-то, возвращаясь домой после смены, Арсений заметил за собой слежку. Тогда он не пошел к себе, а решил покружить по городу и получше рассмотреть преследователя. Тот не был опытным шпиком. Он тупо волочился вслед за ним, иногда неловко прячась за афишные тумбы и ныряя в подворотни. Теперь уже Арсений разглядел в предрассветных сумерках своего преследователя. Им оказался кавказец Булат. Судя по всему, ему приказали расквитаться с Арсением за позорное поражение в кабаке. Командир портовой дружины опасался того, что «горный мститель» имеет огнестрельное оружие и может выстрелить в спину, но, приглядевшись внимательней, он понял, что «черкес» попытается напасть на него со своим излюбленным оружием – кинжалом. На беду, у Сени не было с собой даже финки. Что ж, решил бывший разведчик, будем обороняться подручными средствами. В карманах его одежды были только носовой платок, пригоршня мелочи да парусиновая сумка-кошелка, в которой он носил хлеб из булочной.
Арсению уже надоело ходить по улицам, и он решил поставить точки над «и». Найдя на дороге приличной, величиной с небольшую дыньку, булыжник, он положил его в кошелку и нырнул в арку хорошо известного ему пустынного двора. Обрадованный живорез кинулся вслед за ним. Наконец-то он мог отомстить и выполнить приказ Барона. Сильный и гибкий как змея, он был опаснейшим поножовщиком. Арсений мог затаиться где-нибудь в подъезде, но он решил играть в открытую.
– Чего тебе надо, почему крадешься за мной? – спросил он, повернувшись лицом к преследователю.
Тот сначала опешил, но поняв, что его намерения разоблачены, заговорил хриплым от злобы голосом:
– Рэзат тэбе буду, убиват!
– Чего ж я тебе плохого сделал, что ты убивать меня собрался? – делано изумился Арсений.
В правой руке он держал кошелку с булыжником, а левая была засунута в карман.
– Твой друг меня по башка биль. Барон сказал тебэ карачун дэлат. – Бандит выхватил из-за пазухи длинный кавказский кинжал и пошел на Арсения.
– Ехал бы ты, Булатка, к себе на родину, пас там баранов, растил детей, – промолвил Арсений, отступая вглубь двора.
– Убью, шайтан! – заорал «чикардос» и сделал выпад кинжалом, надеясь поразить противника в живот.
То, что произошло в следующий миг, стало для джигита полной неожиданностью. Увернувшись от удара, Арсений молниеносно выдернул руку из кармана. В кулаке он сжимал пригоршню мелочи. Бросок – и рой медяков ударяет в переносицу поножовщика. Звон монеток и их попадание в глаза на секунду ослепляет противника. Этого достаточно, чтобы Арсений, от души, огрел носача по кумполу авоськой с булыжником. Получив незадолго до этого по черепу гирькой от Фили, кавказец как подкошенный рухнул на землю. Забрав у поверженного врага кинжал и проверив его карманы, Арсений, немного подумав, размахнулся и обрушил булыжник на кисть правой руки бандита. Хрустнули раздробленные кости.
– Это тебе, чтобы с кинжалами на людей не кидался!
Затем бывший партизан огрел своим импровизированным кистенем по коленной чашечке наемного убийцы:
– А это тебе, чтобы не крался сзади, аки тать в нощи!
Арсений сожалел, что вовремя не накрыл с ребятами бандитов в их логове. Теперь от них можно ждать любых пакостей.
Незадолго до этого Шурка показал дом, куда после драки уехали те дядьки, что сидели за столом с Сеней, но прищучить бандитов не удалось. Когда группа вооруженных портовиков ворвалась в жилище, они застали лишь пустые комнаты, где на столах и полу валялись пустые бутылки и окровавленные бинты. Бандиты сменили адрес своей «малины». Так прошла неделя.
На следующий вторник, в три часа ночи, прозвучал сигнал тревоги. С проходной сообщили, что возле нее собралась большая толпа каких-то люмпенов, которые требуют, чтобы их пропустили в порт. У многих из незваных гостей в руках и под одеждой спрятаны палки и железные прутья. Ребята из портовой дружины, а вместе с ними и несколько артелей грузчиков кинулись к проходной. Они подоспели вовремя. Наемники расшвыряли охранников и, открыв ворота, хлынули в порт. Завязалась кровавая драка, где грузчики охаживали пьяных оборванцев всем, что под руку попадется, а те размахивали кольями, кусками железа и швыряли в портовиков заранее припасенными камнями.
