– Вот так, – сказала сестра Данвар, у которой почти не осталось сил, и сделала шаг назад. Больше ее тело не выдерживало нагрузки. – Пока можешь не менять повязки. – Женщина с трудом сглотнула, сделала медленный вдох и выпрямилась. – Раны закрылись, но повязки должны напоминать тебе, что не следует слишком напрягаться. Сними их перед сном. Сейчас швы свободны между кожей и повязками. А теперь иди, у меня еще много работы.
– Сестра, я знаю, что вам сегодня потребуется помощь Томмина, – сказал Рист, когда женщина отвернулась. – Но я был бы вам благодарен, если бы вы позволили ему поесть с нами завтра.
Сестра Данвар некоторое время стояла молча, а когда повернулась, то посмотрела на Риста так, что кровь похолодела в его жилах.
– Томмин мертв.
Мурашки пробежали по спине Риста, а Ниира ахнула.
– Мертв? Но он же не сражался, – сказала Ниира. – Я видела его вчера…
Некоторые целители участвовали в сражениях – их называли Кровожадными, – но такие встречались очень редко. Большинство оставались за линией фронта, в лагере, чтобы исцелять раненых после сражений. Рист сообразил, что он молча смотрит на сестру Данвар.
– Но как?
Сестра Данвар вздохнула и покачала головой. Эта женщина всегда держалась холодно, но, несмотря на это, она часто напоминала Ристу мать Кейлена – Фрейис. Обе были целительницами. Конечно, Фрейис не владела Искрой, но обладала редким сердцем. Рист видел такое же у сестры Данвар, но сейчас он чувствовал, что оно разбито.
– Вчера ночью, – сказала она, – я оставила его одного, чтобы он присмотрел за солдатом, который пострадал от драконьего огня. Он не должен был дожить до рассвета, но Томмину требовалась практика, а несчастный заслужил, чтобы его избавили от боли. Я не знаю, что произошло, но, когда я повернулась, мужчина кричал, а из шеи Томмина торчала рукоять ножа. Я не смогла его спасти.
– Нет… – Ниира задрожала. – Нет, это… он не мог… Он не сражался. – На глазах Нииры появились слезы, когда она посмотрела на Риста. – Он не сражался, Рист. Так нечестно…
Сестра Данвар вздохнула.
– Война не бывает честной, Ниира. – Рист впервые услышал, что сестра Данвар назвала кого-то из помощников по имени. – Она кровавая и ужасная, и в ней вся несправедливость мира. Он умер быстро. Ему повезло.
Фарда стоял в штабной палатке, скрестив руки на груди. Он чувствовал, что пот и грязь запеклись на его лице, все суставы ныли; и боль становилась все сильнее.
На несколько минут в палатке воцарилась тишина. Все уцелевшие командиры и генералы вместе с Эльтором Дейтаной, Гаррамоном и Анилой с опустошенными лицами и засохшей на одежде кровью стояли рядом. Большинство так и не сняли большую часть доспехов.
Из коммандеров был убит только Маркен Корт из Первой армии, а также коммандер магов Второй армии. Если судить по количеству генералов в палатке, их погибло заметно больше. Командующая Талвар потеряла трех генералов во время сражения за Форт Харкен, Первая и Вторая армии прибыли в полном составе к Трем Сестрам. Получалось, что всего генералов было двадцать семь, но сейчас в палатке находилось только четырнадцать. К неудовольствию Фарды, среди них он увидел Гутрина Вандимира.
Верховная главнокомандующая Тайа Тамбрел, упираясь ладонями в дерево, наклонилась над складным столиком, стоявшем в центре палатки. То, что осталось от ее серебряных волос, лежало на левом плече, правая часть головы была обрита, швы шли вокруг глаза, верхняя часть правого уха отсутствовала. Тайа Тамбрел отказалась от помощи целителей, хирург просто зашил рану и отпустил ее. Фарда уважал такое решение. Большая часть коммандеров требовали максимальной помощи целителей; но только не Тайа.
Пот капал с кончиков ее волос на дерево. На столе не было карты; она им не требовалась. У них оставался выбор из двух вариантов: вперед или назад.
– В этом нет никакого смысла, Верховная главнокомандующая, – сказал долговязый генерал, нарушив затянувшееся молчание.
На вид ему было около шестидесяти, что уже само по себе, по мнению Фарды, заслуживало уважения большинства солдат, не владевших Искрой.
Тайа подняла голову и посмотрела на генерала.
– Нет никакого смысла? – насмешливо сказал Магнус Оффа. – Стипле переполнен, туда набилось шестьдесят тысяч душ. По меньшей мере. Вы знаете, что ублюдки с заостренными ушами сделали с городами на восточном побережье. Если мы не вернемся, это будет равносильно убийству всех людей, способных сражаться, которые находятся в городе. Но даже с учетом представлений о чести эльфов, беспомощные всегда становятся жертвами войны. Тебе следует оставить свой меч и уйти. Носить клинок должны лишь те, кто готовы его использовать.
– Повтори-ка, – прорычал старик, шагнув к Магнусу.
Генерал был высоким и широкоплечим и обладал мускулистыми руками, но Магнус разорвал бы его пополам, даже не прибегая к Искре.
Тайа ударила кулаком по столу.
– Они
