Слева от нее выстроились главы Малых Домов, верных Дому Атерес, – лицом к главам Больших Домов. За ними Мера, Амари Лукира и пятнадцать самых близких Элайне виндари составили почетный караул, у них за спиной, сверкая чешуей, стояли их виверны.
Небо заполняли виверны, чьи пронзительные крики эхом разносились над холмом, и глядя на них, Элайна чувствовала, как у нее захватывает дух.
– Как ты себя чувствуешь?
Марлин Аркон, одетый в белое и оранжевое – цвета Дома Атерес, стоял за спиной Элайны. Стюарду Дома Атерес вскоре предстояло стать Аркилиусом королевы – титул, исторически принадлежащий советнику правителя Волтары. Никто не заслужил его больше Марлина.
– Так, будто я умру, если мое сердце не перестанет так быстро биться, – прошептала Элайна.
– Я помню тот день, когда ты родилась, – прошептал Марлин, наклонившись к ней. – Ты уже тогда была бойцом, едва не выбила глаз Сенье, когда она тебя принимала. Я всем говорил, что шрам на подбородке у меня появился в сражении с Домом Вакира. Теперь, когда ты станешь королевой, могу признаться, что получил его, когда тебе было три года и ты ударила меня палкой.
Несмотря на волнение, Элайна, продолжавшая смотреть вперед, расхохоталась. Марлин стал для нее отцом, когда ее настоящий отец погиб. Он прошел вместе с ней через все самые темные дни и трудные ночи, оставался неизменным якорем, а часто и компасом. Она подумала, что недостаточно часто говорила ему об этом.
– Когда я, со временем, подниму тост в залах Акерона вместе с твоими отцом и матерью, я расскажу им о дне, когда их дочь стала королевой, чтобы освободить Волтару. Твой отец заплачет. Он всегда был склонен к открытому проявлению чувств.
– Смотри вперед, дурочка, – со смехом сказал он, когда Элайна повернулась к толпе. – Я плачу от счастья. Именно за это они сражались, за это погибли. Твои родители будут без памяти горды за тебя… И я тобой горжусь.
Элайна протянула руку назад и сжала запястье Марлина. Она почувствовала, как по ее щеке сбежала слеза, и стерла ее плечом.
Из лагеря донесся рев, перекрывший все другие звуки, и Элайна увидела, как Ринвар, широко разбросав крылья, взлетел из-за палаток, его оранжевая чешуя блестела на солнце. Виверн промчался над собравшейся толпой, которая смолкла. Начали бить барабаны, ритмично и глухо, следом за ними вступили горны. Марлин сжал руку Элайны и тут же отпустил.
Элайна заставила себя успокоиться, замедлив дыхание, когда Сенья Дерингал вышла из лагеря по проходу, оставленному в толпе, за ней несли развевавшиеся знамена всех Больших Домов, а следом и Малых. Однако из всех знамен только два – впереди, сразу за Сеньей, – заставили грудь Элайны сжаться от гордости. Одно, белое как снег, с ярким оранжевым виверном Дома Атерес в центре. И второе – оранжевое, с двумя черными вивернами, обвившими друг друга, и белое копье между ними: знамя объединенной Волтары.
Элайна расправила плечи и подняла подбородок.
Когда Сенья приблизилась, за ней последовали знаменосцы, все они поднялись на холм и встали за спиной Элайны, и порыв ветра взметнул ее длинные одежды.
Элайна знала, что одета не как королева – никаких шелков, самоцветов или золота, лишь белая лента в волосах и льняное платье жженого оранжевого цвета. Элайна Атерес не собиралась на коронацию, она шла на войну, а война не место для шелка или самоцветов.
Барабаны и горны замедлили ритм и смолкли в тот момент, когда Сенья Дерингал подошла к Элайне, сделала несколько шагов вперед, за ней шла четверка служителей. Она посмотрела на Элайну и заговорила, и ее слова разнеслись над открытым полем, словно в стенах каменного храма.
– Воины Волтары, – провозгласила Сенья, – мы в четырех днях марша от крепости Акерон. Мы в четырех днях марша от нашей судьбы.
Раздались приветственные крики, солдаты затопали ногами. Сенья подняла руку, и сразу установилась тишина.
– Свободная Волтара, – продолжала она, и ее голос звучал, подобно ударам грома, – освобожденная от цепей и оков. Мы возьмем крепость клинком и кровью. Мы высечем ваш подвиг в анналах истории. Перед вами та, что привела нас сюда и показала нашу судьбу одной лишь силой своего духа. Она спасла вивернов от вымирания. Превратила толпу в повстанцев. Она показала Империи Лории, что ей снова следует бояться Волтаранской стали. Элайна из Дома Атерес, Первая из виндари, всадница Ринвара.
И, словно в ответ на ее слова, Ринвар издал чудовищный рев и расправил крылья за спиной Элайны. Собравшаяся толпа воинов принялась скандировать ее имя и топать ногами.
Сенья посмотрела на служителей, которые, как теперь заметила Элайна, несли маленькую синюю подушку. На ней лежало большое золотое кольцо, украшенное спиралями с мерцавшим оранжевым самоцветом спереди. Корона. Должно быть, Сенья заказала ее еще до того, как они начали марш к Акерону.
