Слова Тарика эхом разнеслись в наступившей тишине. Он кивнул Дейну, и на его губах появилась знающая улыбка.
Дейн положил ладонь на рукоять меча, прошел мимо Тарика и остановился в пятнадцати футах от Элайны.
В небе били крыльями виверны, их крики разносились над толпой, но все люди молчали и ждали. Дейн взглянул через плечо на виндари Элайны, которые все смотрели на него, увидел, как сильно они напряжены. Амари и Лукира, казалось, были готовы прикончить его на месте. Лишь Мера сохраняла абсолютное спокойствие, над ней завис Один. Мера знала, что сейчас произойдет, Дейн ей рассказал. Она кивнула.
Дейн кивнул в ответ и сделал шаг к Элайне.
Он вытащил меч из ножен, и все услышали скрежет стали.
Как только он это сделал, возникла паника. Сенья Дерингал встала между ним и Элайной. Марлин, свирепо глядя на Дейна, шагнул мимо нее, и Дейн вдруг подумал, что ему бы стоило предупредить Марлина, но он не мог рисковать.
Дейн сделал вдох, затем медленно выдохнул, отвернулся от Элайны и посмотрел на Тарика. И чем дольше Дейн на него смотрел, тем сильнее менялось выражение лица Тарика, а глаза наполнились недоумением. Дейн указал концом клинка на Тарика.
– Найди меч, Тарик.
На лице Тарика появилось удивление.
– Что? Мой король, мы ведь говорили об этом. Что ты делаешь? Я…
– Я не твой король, – резко ответил Дейн, отбросив в сторону спокойствие.
В течение месяцев, с той ночи, когда Тарик организовал праздник, не предупредив Элайну, Дейн позволял ему нашептывать себе в ухо разные мерзости, направленные против Элайны, он наблюдал за маневрами Тарика, который искал сторонников, делал тонкие предложения, давал невнятные обещания, ставил под сомнение способность Элайны вести за собой людей. Дейну каждый раз хотелось его прикончить, но годы, проведенные с Белиной, научили его терпению. Он и сейчас слышал ее голос. «Зачем убивать одного, когда можно его использовать в качестве приманки – и прикончить многих. Не двух птиц броском камня, Дейн. Пятнадцать валуном. Сильно и быстро».
У Тарика имелись союзники, разделявшие его взгляды и цели. Даже если сейчас они не выступят, то, что последует, вызовет у них страх.
– Ты ядовитый подонок, Тарик, ты зараза. – Дейн повернулся к одному из стражей, стоявших возле аристократов Малых Домов – молодому человеку, не больше двадцати лет, два черных кольца на каждой руке. – Дай ему свой меч.
Страж с сомнением посмотрел на мужчину, сглотнул, переводя взгляд с Тарика на Дейна, потом на Элайну.
– Ладно, – наконец, сказал Дейн, сжал рукоять своего меча и подбросил его вверх.
Туча пыли поднялась в воздух, когда меч со звоном упал на землю у ног Тарика.
– Подними его, – сказал Дейн.
– Мой король, давай поговорим как цивилизованные люди. Похоже, возникло серьезное недопонимание. – Звук скользкого голоса Тарика неприятно резал уши Дейна. – Я не имел в виду…
– Здесь нет никакого недопонимания, – прорычал Дейн. – Ты имел в виду каждое сказанное тобой слово, лорд Балиир. Ты поставил под сомнение решения моей сестры и ее право занять престол. Клинком и кровью, я ее меч. Похоже, ты забыл традиции нашего народа, лорд Балиир. Семья – это кровь, текущая в венах. Семья в биениях сердца. Я уверен, что Элайна способна прикончить тебя за предательство собственными руками, но сегодня особый день – день, когда она станет королевой свободной Волтары. Ее руки заслуживают того, чтобы не пачкать их кровью. –
Элайна шагнула вперед. Она не сводила глаз с Дейна, зажав большой палец правой руки в кулаке – знак того, что ее охватил гнев, но тревога в глазах была искренней.
– А если я откажусь? – Тарик выпрямил спину и посмотрел Дейну в глаза.
Ему уже исполнилось шестьдесят лет, но тело оставалось стройным и мускулистым, и он двигался, как человек вдвое моложе. Кроме того, его плечо украшало четыре кольца мечника. Он не был овечкой.
– Я отрублю тебе голову, – прямо ответил Дейн. – По законам Атимы тис Алеас, правда на стороне того, кто прольет на землю кровь противника, и его не ждет наказание. Ну а мертвеца достойно похоронят. Если пожелаешь, можешь выставить вместо себя кого-нибудь другого.
– Я готов! – Молодой человек выскочил из рядов Малых Домов, его тунику украшал сокол Дома Балиир, и Дейн узнал сына Тарика, Рогала. Он был на голову выше отца, стройный и крепкий и к тому же вдвое моложе, но только с тремя кольцами мечника.
– Отойди в сторону, – прорычал сыну Тарик. – Не хватало еще, чтобы ты меня опозорил.
– Отец. – Рогал шагнул вперед. – Пожалуйста.
