Ему было странно видеть его без доспехов андари. Но когда Элайна попросила Марлина стать ее Аркилиусом, у него не осталось выбора, а выполнять сразу две роли он никак не мог.
Марлин склонил голову, его поседевшие волосы были аккуратно причесаны и смазаны маслом.
– Да, она там.
– Полагаю, собрались все? – После коронации Элайна держала при себе глав Больших Домов – а также самых значительных Малых, – потчуя их лучшими винами и блюдами, какие только удавалось добыть.
Внешне это выглядело так, словно она старалась заручиться их поддержкой, но на самом деле она за ними наблюдала. Дейну это не слишком нравилось. Он не верил большей части глав Домов – за исключением Сеньи Дерингал и Вина Герака, – но понимал логику рассуждений Элайны. Вино развязывает языки, и становится понятно, насколько людям можно доверять. Никто из глав Больших Домов не выказал открытой поддержки Дейну во время коронации, но из того, что они не попытались с ним объединиться, еще не следовало, что они были на стороне Элайны. Новая Волтара переживала сложные и опасные времена. И требовалось соблюдать максимальную осторожность.
– Так и есть.
– Охрана?
– Тридцать четыре воина внутри палатки, милорд, – ответил Тир. – Восемь у входа и еще шестнадцать снаружи.
Дейн кивнул, сложил на ходу руки за спиной так, что прижал к телу рукоять меча.
– Все стражи из Редстоуна? – спросил он.
– Как вы приказали, милорд.
– Хорошо. Мера, виндари?
– Шестеро охраняют Элайну – в том числе Амари и Лукира. Сотня находится на вершине утеса и наблюдает за лагерем. Шестьдесят патрулируют небо. Остальные отдыхают.
– Хорошо. Пойдем, пообщаемся с гадюками.
Ветер донес до них звуки музыки, когда Дейн и его сопровождение подошли к главной палатке – он узнал лютню, барабаны и флейту. Барды и музыканты всегда напоминали Дейну о Белине. Он уже довольно давно ничего о ней не слышал, и его бы это встревожило, если бы речь шла о ком-то другом. Он рассчитывал, что скоро ее увидит; Дейн никогда бы в этом не признался самой Белине, но он каждый день чувствовал ее отсутствие.
Как сказал Тир, восемь часовых стояли у входа в главную палатку, на каждом – бронзовые доспехи и оранжевые юбки стражи Редстоуна из Скайфелла. Когда они шли маршем по Волтаре, в Редстоуне остался гарнизон, но большую часть воинов они забрали с собой. Дейн доверял только стражам из Редстоуна, а тех, кому можно доверять, никогда не бывает много.
– Улыбайся, – прошептала Мера, когда они входили в палатку.
Дейн насмешливо усмехнулся, что заставило Меру рассмеяться.
Палатка была не меньше шестидесяти футов в длину и около сорока в ширину, и в ней толпилось более сотни пивших вино, закусывавших и разговаривавших людей. Здесь отсутствовали стулья, но стояли маленькие круглые столики с подносами, заставленными тарелками с сырами, холодным мясом и свежими фруктами. В углу возле двери стояли две больших бочки с вином, специальный человек наполнял чаши всем желающим. Дейн быстро пересчитал стражей у стен палатки – тридцать четыре.
– Все здесь, милорд, – сказал Тир, приподняв кустистые белые брови. – В детстве вы занимались тем же самым. Постоянно считали и проверяли. Однажды я видел, как вы прошли по всему саду, вслух измеряя длину и ширину шагами. Я намерен поговорить с Юлином Карайном. Последние десять лет Дом Карайн разводит лучших лошадей в Волтаре.
Тир направился в дальний конец палатки, Марлин кивнул Дейну.
– Я обещал перекинуться с Сеньей парой слов. Позднее я поговорю с вами обоими. – Марлин положил руку на плечо Дейна и наклонился вперед. – Она твоя сестра. Она поймет. Ты же знаешь, какая она упрямая. Имей терпение и постарайся не сказать какую-нибудь глупость.
– Какую-нибудь глупость?
Марлин приподнял бровь, склонил голову и прошел несколько шагов мимо Дейна.
– Ты прекрасно знаешь, что я имел в виду, Дейн.
Дейн тяжело вздохнул, когда Марлин отошел. После коронации, когда все успокоилось и наступила ночь, Элайна и Марлин принялись яростно отчитывать Дейна. И не они одни были им недовольны, но только они что-то значили. Он попытался объяснить, что не мог рассказать им заранее о своем плане из опасений, что Тарик узнает о том, что он задумал.
Марлин понял – со временем. Он увидел логику в плане Дейна и согласился, что, если бы Тарик узнал, что Дейн намерен его предать, все могло бы пойти иначе. Тем не менее Марлин отвел Дейна в сторону и объяснил, что сам поступил бы иначе – с чем Дейн частично согласился.
