Краем глаза он видел, как к нему подошел Таррон и скрестил на груди руки. Он молчал, но смотрел в глаза Илларина.
– Я знаю, это трудно, – сказал Каллинвар, глядя, как пульсирует черное пятно в Выжженных землях. – Но вы должны помнить. «Ни одно решение не бывает простым. Нет черного и белого. Мы живем в мире, где постоянно меняются оттенки серого».
– Мне не нужно напоминать эти слова, Каллинвар. Я живу, руководствуясь ими.
– И продолжай так жить, Илларин. Мы вынуждены допустить существование меньшего зла. Ты не хуже меня знаешь, что мы должны нанести удар, подобный кузнечному молоту, когда Фейн Мортем или Шаман Порожденных кровью попытаются пройти сквозь вуаль.
– Мы можем ждать здесь неделями, – сказала сестра-капитан Эйрдейн, подходя к левой стороне стола и глядя на Ворсунд. – Я понимаю, что вы хотите сказать, Гроссмейстер. Но трудно стоять в стороне и ждать, когда льется столько крови. Ильнейн пал лишь на двадцать пятый день последней Кровавой Луны.
– Тогда все было иначе. Фейн и Порождения крови действовали вместе. Теперь ситуация изменилась. В Ильнейне они выбрали идеальный момент, но сейчас стараются стать первыми, оба стремятся получить благоволение Эфиалтира. Они не могут позволить себе ждать, каждый не хочет допустить, чтобы другой добился успеха. Я сумею определить, когда будет сделана попытка увеличить брешь в вуали. Оставайтесь в полной готовности.
Каллинвар поднял взгляд, Илларин стоял со скрещенными на груди руками и кивал, глядя на каменную карту.
– Держи. – Руон протянула Каллинвару деревянную чашу.
– Что это? – Каллинвар поднес чашу к носу, понюхал и дернулся назад, уловив резкий растительный запах.
– «Слезы дракона», – сказала Руон, доставая вторую чашу и чокаясь ею с чашей Каллинвара. – Добыла у гномов столетие назад. Берегла. Выпей. Это снимет напряжение.
– Послушай, – сказал Таррон, наклоняясь вперед. – Мне кажется, мы говорили о том, чтобы держаться?
Руон бросила на него мрачный взгляд, но отдала ему чашу. Потом достала небольшую фляжку из сумки, стоявшей на одном из складных столиков, которые принесли Наблюдатели, вытащила пробку и налила немного синей жидкости в третью чашу.
– Здесь не хватит на всех, так что…
– Хм-мм.
Каллинвар улыбнулся, увидев, что рядом с Руон появился Илдрис.
– Проклятие. Береги фляжку, иначе Лирин все выпьет.
Руон налила еще одну чашу, и они выпили.
Когда Каллинвар в первый раз попробовал «слезы дракона», ему показалось, что он выпил жидкий огонь; сейчас эффект был таким же. Каллинвар стиснул челюсти и сдержал кашель, пока алкоголь прожигал путь в его внутренности.
– Проклятие… – Он выдохнул и тряхнул головой.
– Я же говорила, что он снимет напряжение, – заметила Руон, собирая четыре чашки. – Есть новости от Ардена?
Каллинвар посмотрел на каменную карту, где на Темнолесье покоилась одинокая зеленая фишка. Пока Каллинвар на нее смотрел, она еще сильнее засияла зеленью. Он не только чувствовал гудение Печати Ардена, но также уловил смесь страха и решимости в сердце молодого человека. Небольшое пятно красного цвета светилось к юго-западу от него, постепенно приближаясь. Каллинвар шагнул в сторону от стола и связался с Арденом через Печать, сообщив ему, что он нужен.
Печать, вплавленная в грудь Каллинвара, вспыхнула, когда он призвал Разлом. Огонь потек по его венам, он почувствовал лед на коже. Соприкосновение этих двух ощущений всегда вызывало у него панику. Он медленно втянул в себя воздух, представляя Ардена, чувствуя Печать молодого человека и то, что его окружало. Через несколько секунд Разлом материализовался в нескольких футах от Каллинвара в форме зеленой сияющей сферы. Собравшиеся рыцари повернули головы, когда зеленая сфера сплющилась и увеличилась в размерах, а в ее центре появился черный водоем, по поверхности которого побежала рябь. При обычных обстоятельствах Каллинвар бы не стал вызывать Разлом в зале совета, но сегодняшняя ночь была особенной, и у Каллинвара получалось легче концентрироваться, когда он мог видеть карту.
Через несколько мгновений Арден вошел в зал совета. Его шлем ушел в Охраняющие доспехи, когда Разлом исчез у него за спиной.
– Брат. – Каллинвар протянул руку и сжал предплечье Ардена.
– Гроссмейстер. Армия, численностью в восемьдесят тысяч человек, движется в сторону Темнолесья. Вместе с ними летят три дракона, анганы сообщают, что армию сопровождают несколько Теней.
– Должно быть, Фейн давно знал об Аравелле.
Каллинвар сложил руки на груди и повернулся к карте, остальные рыцари подошли ближе.
– Он ждал именно этого момента, чтобы нанести удар, когда призом станут не только эльфы. Он заставляет нас разделить наше внимание между дралейдом и разрывами в вуали.
– Но можно ли сравнить значимость дралейда с разрывом вуали, Гроссмейстер? – Сестра-капитан Олирия стояла с противоположной стороны стола, опираясь руками о камень. – Как вы сами сказали, нам следует пропустить меньшее зло.
– То, что произойдет сегодня, не имеет значения, Олирия. И то, что случилось в Ильнейне, лишь первый шаг.
