Мне не сразу удается успокоиться. Его руки обнимают и прижимают к себе. Опускаю голову на грудь и снова плачу, вымазывая белую рубашку слезами. Саша ловко пересаживает меня на свои колени, а я обнимаю его за талию. Снова чувствую себя маленькой рядом с ним. Крошечной и беспомощной. Это ощущение мне нравилось. В детстве, когда мама читала мне книжки, я мечтала о сильном мальчишке рядом. О таком, который спасал бы меня, за которым я была бы как за каменной стеной. Когда я повзрослела, мои мечты почти не изменились. Я по-прежнему хотела быть рядом с сильным человеком, а потом появился Саша. И сейчас, сидя на его коленках и чувствуя кроткие поглаживания по спине, поцелуи в висок, биение сердца в такт моему, я понимаю, что не могу без него.
– Я сегодня останусь у вас, а завтра мы начнем собирать вещи и вернемся все в нашу квартиру, поняла? – шепчет, а я жмусь к нему крепче. Он берет одну мою руку в свою, переплетает наши пальцы и целует мою ладонь. Медленно касается губами, нежно и едва ощутимо. – Я буду спать в гостиной, если ты этого захочешь. Рядом с тобой у кровати на коврике, но мы будем в одной квартире, Лина. Хватит. Я не могу без вас больше.
Молчу и растворяюсь в его объятиях. Спорить с ним – это последнее, что мне сейчас хочется.
Мы созванивались с Ваней каждый день. Мне безумно хотелось, чтобы он поскорее вернулся в город. К нам. Поэтому этим вечером я не выдержала и завела с Филиппом серьезный разговор. Стоило ему лишь рухнуть на подушки после сильного оргазма. Я знаю, что была хороша. Облизываю губы и седлаю его колени, поправляю растрепанные волосы и смотрю на Филиппа, который лежит подо мной и едва держит глаза открытыми.
– Говори. Я вижу, что ты что-то задумала.
– Я хочу, чтобы Ваня жил с нами.
– Ты выбрала максимально удобный момент для такого разговора, Маруся, – смеется и кладет руки на мои бедра. Прижимает к себе, а я не сопротивляюсь. – Ты ведь понимаешь, что с ребенком в доме придется ограничить сексуальную жизнь и заниматься ею в спальне, а не на диване в гостиной?
– Ничего, я потерплю.
Он задумчиво склоняет голову и проводит языком по нижней губе. Я слежу за движением, ведь знаю, что скоро за этим последует. Мне удалось достаточно хорошо изучить Шнайдера, чтобы понимать – сейчас он думает и в ближайшее время начнет говорить.
– Я жду решения суда, Марусь, – признается тихо и хрипло. Эти слова меня удивляют. Смотрю на Филиппа, ничего не понимая. – Я сам не хочу, чтобы он с ней жил. Она давит на него. Каждый раз, когда он приезжает от нее, Ваня винит меня во всех смертных грехах. Это логично, учитывая, что она ему говорит.
– Твоя бывшая отвратительная женщина!
– Ты просто ревнуешь, – смеется, хотя я уверена, что он разделяет мои слова. – Она всегда была такой, Марусь. Правда, чем богаче стала, тем и вреднее. Я слышал, что ее новый муж неплохой человек и она его действительно любит. Хотелось бы мне в это верить. Да и эта беременность. Она хочет этого ребенка. С Ванькой все было иначе. Она залетела. Именно залетела, чтобы меня женить, но все пошло не по плану, а тут… оказывается, даже такие стервы, как она, способны на любовь.
Мне не хочется слышать ничего про эту женщину. Ничего, кроме злости, ну и ревности, она у меня не вызывает.
– Так что там с судом?
– В ближайшее время будет слушание. Будут пересматривать место жительства Вани. Он уже не маленький мальчик, поэтому его мнение тоже будет учитываться. И если он скажет, что хочет жить с матерью, то его оставят там. И я ничего не смогу сделать.
Осмысливаю его слова и наклоняюсь для поцелуя. Опускаю голову на грудь Фила и прикрываю глаза. Он обнимает меня и целует в макушку. Мы так и лежим – оба обнаженные и счастливые, уставшие и задумчивые. Оба думаем об одном – о мальчишке. Я точно знаю, что справлюсь. Я не смогу быть для него матерью или даже мачехой, но буду старшей сестрой. Буду заботиться о нем, помогать и быть рядом. Чтобы Ваня больше никогда даже мысли не допускал о том, что он один и никому не нужен. Он нужен нам. Очень сильно.
С Любой и ее Степашкой мы встречаемся через несколько дней в небольшой кафешке нового ТЦ. Я, к удивлению, прихожу раньше и жду ребят. Заказываю себе кофе и пирожное. Смотрю на часы и замечаю, что эта парочка опаздывает уже на приличных пять минут!
Отвлекаюсь на телефон и боковым зрением замечаю, что в кафе кто-то входит. Уже подготавливаю речь, чтобы хорошенько поругаться с этими невыносимыми влюбленными, но замираю. Пальцы немеют, а телефон падает на стол из рук. В кафе заходит Виталина, держит за руку сына, а тот, словно маленькая заведенная юла, кружит и о чем-то увлеченно говорит. До меня доносятся лишь отрывки его слов.
