Но между славянскими князьями, избранными народом, князьями, которым вручалась власть в военное время, которые в мирное время только приводили в исполнение решение веча и сейма, и между князьями германскими огромная разница. Последние — это самодержавцы, решатели судеб подвластных им людей; их слово — закон, они казнят и милуют, они начинают войну и кончают по произволу: они не ответчики пред народом. Да народа и не было: были только послушные дружинники, немилосердные воины. Холод и голод севера, куда пришли азы или аланы с Кавказа после удивительных приключений в чужих странах, заставили норманнов искать лучшего в кельто-славянских землях. Они спускаются с осторожностью, постепенно, не вдруг, как то сделали готы, подъехав к Янтарному берегу на трех кораблях. Во главе этого отряда стоит их князь, или грау, т. е. седой, или старшина-воевода. Его помощники не земледельцы, не промышленники, не торговцы: это воины, завоеватели, разбойники, нападающие на чужих, вечно грабящие мирных хлебопашцев и порабощающие их, чтобы, пользуясь трудом оседлого народа, продолжать свои завоевания и обращать в рабство новых несчастливцев. Вот в чем состояла разница между немецкими и славянскими военачальниками или князьями. И эта разница особенно заметна в деяниях суэвов, которые отличались своим хищничеством, своими организованными набегами с целью обогащения на счет других. Во всей этой истории нет ни одного зерна труда: везде видна алчность, разбой, коварство, кровь и бесчеловечное обращение с побежденным врагом. Такова правда возникновения германского государства на кельто-славянских землях, с такою физиономиею появился народ, который начал жить на счет других и поныне не прочь попользоваться плодами чужого труда[164]. Хотя еще Радогощ и Аттила мстили германцам-готам за славян, но эти стихийные движения народа, стимулируемого волею энергичных вождей, еще не сложились в нечто устойчивое и прекращались со смертию вождей без дальнейших последствий, как для германцев, так и для самих славян. Органического развития государственного строя еще не было. Этот последний должен был развиться постепенно, под влиянием не только внешних, но и внутренних условий, и для его укрепления, для сплочения разрозненных родов, для образования плотного ядра нужны были века. Внешние обстоятельства дали толчок такому развитию политического быта славянства прежде всего в Чехии.
