Три пары глаз с любопытством уставились на Ария. Мышцы тамиру напряглись, словно у зверя, пойманного в ловушку и приготовившегося к оборонительной атаке. Он поправил хаори, плотно запахнув, и покосился на меня с укором. Мои щеки вспыхнули от стыда: всю жизнь я прятала собственные шрамы от посторонних глаз, но позволила себе так бесцеремонно обратить внимание окружающих на чужое увечье.
– Прости… – пробормотала я, виновато опустив глаза.
Выдержав небольшую паузу, Арий все же ответил:
– Я воплотил их из своих воспоминаний. Повторил следы от когтей Короля. Это напоминание о том, что среди нас действительно есть чудовища.
Парень вскинул голову и с вызовом посмотрел на брата. Эспер выдержал его взгляд, внешне оставаясь непроницаемо спокойным, но меня захлестнуло сокрушительное чувство вины, наполнившее сердце зверя.
Разглядывая бинты, оплетающие руки, я не могла выбросить из головы слова Ария. Тамиру создал шрамы, чтобы не забывать о прошлой жизни, полной кошмаров. Как бы поступила я, обладая подобным даром? Сохранила бы жуткие отметины или избавилась навсегда, вычеркнув вместе с ними воспоминания о том страшном дне?
– Кто научил тебя ориентироваться в лесу? – вдруг перевел тему Арий, обратившись к Шеонне.
– Элья, – гордо произнесла девушка, вскинув голову.
– А стрелять из лука?
– Шейн. – Шеонна улыбнулась брату.
– Оно и видно, – ехидно оскалился Арий, подняв за уши тушку кролика, которую предстояло разделать.
Шейн хмуро покосился на тамиру.
Перед нашим незапланированным купанием Шеонна изловила этого кролика в паре с Эспером и очень гордилась своей добычей, хотя основную часть работы все же сделал тамиру. Подруга бездумно гонялась за несчастным зверем, отправляя ему вслед стрелы – не все из них нам потом удалось найти, – и только однажды попала в лапу. Сжалившись над зверем, Эспер положил конец его страданиям и в пару прыжков завершил безумную охоту.
Арий склонился ко мне, все так же лукаво улыбаясь:
– Вот что меня интересует, пташка. Если во время вашей первой встречи твоя подруга попала в дерево над твоей головой, то куда она целилась на самом деле?
Я удивленно округлила глаза, Шеонна фыркнула.
– Почему ты называешь ее «пташка»? – поспешила она сменить тему.
– Разве в свой первый день в Гехейне она не свалилась на тебя с неба, словно неоперившийся птенец? – Арий жестами изобразил падение и не очень мягкое приземление, хлопнув в ладоши.
– Скорее, как обморочный альм, – поправила его Шеонна и звонко рассмеялась.
Что ж, по крайней мере эти двое весело проводили время без бессмысленных ссор и обид.
Утром следующего дня с неба обрушился проливной дождь, который преследовал нас до самого полудня, пока мы не набрели на маленькую деревушку.
Я была несказанно рада спрятаться от непогоды под крышей неприглядного трактира на окраине селения. Оказавшись в маленькой, пропахшей сыростью комнатушке, я устало рухнула на кровать и, как только голова коснулась твердой подушки, провалилась в блаженную тьму.
К ночи ливень перерос в самую настоящую бурю: ветер нещадно трепал кроны деревьев, завывая в ветвях, дождь барабанил по окну, небо озаряли всполохи, и по всей округе разносились сокрушительные раскаты грома. Забравшись с головой под колючее одеяло, я забылась крепким сном без сновидений, который ничто не могло потревожить. Кроме Эспера.
Через несколько часов после захода солнца я ощутила тревогу, исходящую от тамиру, и резко подскочила на кровати. Ощетинившись, рыжий кот припал к постели в моих ногах и не сводил настороженного взгляда с двери.
Ручка медленно опускалась.
Затаив дыхание, я бросила испуганный взгляд на Шеонну. Подруга безмятежно сопела на соседней кровати, не подозревая об опасности, находящейся от нас в нескольких шагах.
Эспер напружился, приготовившись к прыжку. Дверь отворилась без единого звука, и на пороге возник Охотник. Он был похож на человека – высокий, крепко сложенный мужчина, – но клеймо выдавало звериную сущность: извилистый узор спиралью тянулся вокруг предплечья, и плотная ткань, намотанная поверх рукава, едва скрывала его мягкий пульсирующий свет. В могучей руке тамиру сжимал острый изогнутый клинок.
Округлив глаза, я с ужасом наблюдала за ночным гостем. Охотник на мгновение опешил, застав нас бодрствующими. Но безобидный облик Эспера быстро придал мужчине уверенности: маленькому коту не по силам тягаться с вооруженным человеком.
Охотник перешагнул порог. Будто нарочно, за его спиной скрипнула половица, разорвав напряженную тишину, – и в следующую секунду тонкий кинжал полоснул по незащищенной шее тамиру. Мужчина захрипел, захлебываясь кровью, и ничком рухнул на пол.
Испуганный крик застрял в моем горле, когда рот закрыла мягкая теплая ладонь.
– Тише, не кричи.
Я удивленно уставилась на спасительницу. Лицо Эссы озарила широкая улыбка. Девушка выглядела так спокойно, будто не произошло ничего необычного и у ее ног сейчас не лежало окровавленное тело.
