Существо представляло собой жуткую, извращенную смесь человека и животного: лицо принадлежало взрослому мужчине, лоб, шею и все туловище покрывала густая серая шерсть, голову венчали ветвистые рога, за спиной, будто тугая плеть, метался из стороны в сторону длинный хвост. Существо издало громоподобный рык и, стремительно развернувшись, отбросило Ария в центр зала, словно тот весил не больше речного камушка. Парень с грохотом приземлился у ног других своих сородичей. Эти двое уже больше походили на людей, и их звериную сущность выдавали лишь яркие светящиеся клейма: у одного оно покрывало половину лица, у второго – обвивало плечо.
Мы с Шеонной испуганно вжались в стену за спиной Шейна. Он держал Охотников на прицеле. Позади нас Эсса вытащила из ножен кинжал.
– Опусти оружие, человек! – обратился к Шейну тамиру с клеймом на лице. – Нам с тобой незачем сражаться и проливать кровь. Просто отдай нам девчонку – и мы уйдем.
Арий попытался было подняться, но второй Охотник прижал его ногой к полу.
– И пожалуй, вот этого мы оставим себе, – ядовито промурлыкал он и, склонившись к парню, зловеще прошептал: – Король соскучился по тебе.
Рогатый тамиру, стоявший к нам ближе всех, отступил, открыв Шейну обзор на входную дверь.
– Ну же, человек, сделай правильный выбор. Просто опусти оружие, мы позволим тебе и остальным девчонкам уйти. Распрощаться с подружкой и никчемным щенком – это не такая уж большая плата за жизнь.
Шейн с тревогой посмотрел в испуганное лицо сестры и перевел взгляд на меня, будто оценивая. Мое сердце сжалось от страха. Шейн колебался, и в его глазах читался очевидный ответ: я не стою этой борьбы и кровопролития. И я не могла винить друга за это. Вряд ли бы я сама сделала иной выбор.
Но внезапно, к моему удивлению, взгляд Шейна ожесточился, и пальцы крепче сжали револьвер.
Что заставило его изменить решение? Честь, искренняя привязанность или просто-напросто ненависть к тамиру и нежелание уступить этим монстрам?
Заметив перемену во взгляде Шейна, Арий довольно оскалился. Он извернулся и ударил ближайшего тамиру в живот, повалив его на пол. В тот же миг Шейн спустил курок. Громкий хлопок отразился от стен, и на мгновение нас ослепила вспышка. Заряд угодил в плечо рогатого Охотника. Зажав мохнатой рукой рану, тот отшатнулся назад.
– Бегите! – скомандовал Шейн.
Мы с Шеонной беспрекословно подчинились, стремительно помчались к выходу и выскочили на прохладный ночной воздух. Буря уже стихла, но мелкий дождь все еще мочил землю.
За нашими спинами драка была в самом разгаре: Арий боролся с крупным Охотником, мужчина превосходил в силе и уже почти дотянулся когтями до шеи друга, но Эсса незамедлительно пришла на помощь, набросилась на врага со спины и вогнала кинжал ему в бок. Второй Охотник повалил Шейна на стол, выбив револьвер из его рук. Мощным ударом ноги парень сбросил с себя тамиру, и его кулак с хрустом врезался в лицо нападавшего.
Шеонна взвинченно подпрыгнула на месте – несмотря на дождь, страх за брата воспламенил траву под ее ногами.
С громким ревом из трактира выскочил рогатый Охотник. Его рука болталась, словно плеть, из раны лилась кровь. Тамиру пронесся мимо Шеонны, оттолкнув ее с дороги, и кинулся на меня. Острые когти разрезали воздух перед моим лицом, но не достигли цели: рыжий волк одним ударом сбил его с ног и впечатал рогатую голову в землю. Раздался мерзкий влажный хруст – и темная кровь брызнула в склизкую грязь.
Не успела я перевести дух, как из темноты появились новые звери: два черных волка уступали Эсперу по размерам, но обладали не менее острыми клыками.
Охотники бросились в атаку.
Я с ужасом наблюдала за развернувшейся схваткой.
Передо мной неистово сражались звери, слившись в шипящий и рычащий комок злобы и ненависти. Боль Эспера ослепляла. Я невольно утопала в его разуме: издали я видела, как один из волков прыгнул на спину Эспера и вцепился тому в холку, а второй полоснул по морде – и его когти неожиданно пронеслись в опасной близости от моего собственного лица, глубоко резанув по коже. Жгучая боль иголками впилась в голову, и я ощутила липкую кровь, заливающую глаза. Но дрожащими руками ощупав лоб и щеки, я не обнаружила на них ничего, кроме дождевой воды.
Это не мое лицо разодрали острые когти.
Ранен был Эспер.
Мне стоило оттолкнуться от его разума, выстроить между нами неприступную стену, но страх заставлял сильнее цепляться за друга, лишая меня возможности вынырнуть из его мыслей.
Тамиру, будто одурманенный, мотал головой, крутился на месте и пытался поймать Охотников, но безуспешно – всякий раз его клыки смыкались в дюйме от них. Мое зрение все сильнее расслаивалось, и я уже не могла понять, где и в чьем теле на самом деле нахожусь.
«Не смотри, Алесса! Ты нас погубишь!» – взревел тамиру.
Я пыталась его отпустить, но страх не позволял сосредоточиться.
– Беги! – рявкнул Эспер, ударив массивной лапой по морде волка, напавшего сбоку.
Меня вывела из оцепенения яркая вспышка выстрела, угодившая во второго зверея. Тот взвизгнул и сорвался со спины Эспера, напоследок разодрав ему бок.
