– Терри, – позвала я приглушенным тонким голосом.
Тетя вздрогнула и сонно заозиралась по сторонам. Наконец она поймала мой недоумевающий взгляд, в ту же секунду оказалась у постели и сжала в руках мою маленькую забинтованную ладонь.
Терри разительно отличалась от моих родителей. Никому из них она не приходилась сестрой, но, сколько я себя помню, была неотъемлемой частью нашей семьи, надежной опорой для мамы и папы, а в будущем – для меня. Когда-то ее переполняла безудержная энергия, на пухлых губах светилась озорная улыбка, но исчезновение моих родителей навсегда погасило искорки радости, которые блестели в ее глазах.
Терри попыталась улыбнуться. В будущем я часто буду видеть эту улыбку – чуть растерянную, сочувственную, раздражающую до тошноты. Тетя не осознавала, какой жалкой и сломленной я ощущала себя рядом с ней, постоянно испытывая вину за ее разрушенную жизнь. Я была ребенком, которого она никогда не хотела, маленьким созданием на ее плечах, о котором она не умела заботиться. Но Терри старалась заменить мне родную мать, хотя я в этом совершенно не нуждалась. Моя мама не умерла, и мне не нужна была ее фальшивая копия.
По коридору эхом пронесся грохот. Откинув одеяло, я сползла на пол и неуверенно подошла к стеклянной перегородке. Медбратья, лишенные лиц, медленно толкали перед собой две металлические каталки, на которых под белыми простынями покоились тела. Внезапно ткань соскользнула – будто невидимая рука ухватила за уголок и мягко потянула. Прежде чем моему взору открылось мертвенно бледное родное лицо, я стремительно отвернулась.
Свет, заливающий палату, утратил теплые краски. Холод пробирал до кончиков пальцев. Я подняла умоляющий взгляд на Терри, но на ее месте стояла Тень, разглядывая меня с молчаливым любопытством.
Казалось, я тону в черной вязкой воде, изредка выныривая, чтобы сделать глоток сухого воздуха. С каждым разом моя душа погружалась все глубже во мрак, разрушалась, шла трещинами, через которые утекали последние силы, а с ними – и тяга к жизни. Я уже не боролась с Тенью. Вновь и вновь оказываясь в той самой палате, я уже не отворачивалась от мертвых лиц родителей и обреченно смотрела в их пустые глаза. Где-то в глубине души мне хотелось кричать, бить кулаками по стеклу, но мои руки отяжелели и висели беспомощными плетями. Погружаясь в ужасные кошмары, которые рисовало воображение Бездонного, я молилась, чтобы эта пытка закончилась как можно скорее.
В очередной раз вынырнув из непроницаемой тьмы, я обнаружила себя лежащей на жесткой кровати в маленькой комнатке с обвисшими по углам серыми обоями. Из окна в изголовье струился яркий дневной свет. Теплый весенний ветер задувал в приоткрытые створки, принося с собой деревенский гам: споры прохожих, кудахтанье кур, фырчанье лошадей.
Рядом, уткнувшись мокрым носом в мою шею, вытянулся рыжий кот.
Затаив дыхание, я запустила пальцы в густую кошачью шерсть.
Меня окутало блаженное спокойствие – Эспер был жив. Его бока плавно вздымались, под моей ладонью мерно стучало маленькое сердце. Облегченно выдохнув, я зарылась носом в его мягкий живот, наслаждаясь родным ароматом сырой земли и радуясь, что в этот раз Бездонный не заставляет меня смотреть на смерть друга.
Я резко отстранилась от тамиру и оглядела комнату. Ласковое прикосновение солнца, спокойное дыхание Эспера и Ария, дремлющего в старом потертом кресле у стены напротив, жизнь, кипящая за окном, – все это выглядело слишком реалистичным для наваждения Бездонного.
– Эспер, – сипло позвала я.
Тамиру не откликнулся и даже не повел ухом, когда я легонько его потрясла.
«Эспер».
Я потянулась к его разуму, и меня объял липкий ужас: нас разделяла неприступная стена – черная и холодная, как Тень, сопровождающая мои кошмары.
Испуганно вскрикнув, я вскочила с кровати, но не устояла на ослабевших ногах и рухнула на пол.
– Алесса!
Разбуженный мной, Арий скатился с кресла и, схватив меня за плечи, встревоженно уставился в мои полные слез глаза. Дрожащей рукой я указала на Эспера. Страх запечатал мои губы, и я могла лишь жалобно всхлипывать.
– Эспер перетянул Бездонного в свой разум, – поникнув, пояснил Арий.
– Что? – Я замотала головой, не желая верить. – Нет! Нет, это не может быть правдой!
Я скользила затравленным взглядом по комнате, выискивая крючковатый, сотканный из тьмы силуэт Бездонного. Но его не было ни рядом со мной, ни в моей голове. Как не было и Эспера.
