Впереди дорога плавно уходила вниз. Густой туман, клубящийся в ложбинах, протянулся к нашим ногам, обдав пробирающим до костей холодом.
– Постарайтесь добраться в Даг-Шедон до темноты, – напутствовал Гедрик. – Но если не успеете, ни в коем случае не вздумайте ночевать на болотах.
Он указал на серые горбатые деревья – промозглый ветер пытался сорвать алые, заляпанные грязью ленточки с лысых крючковатых ветвей.
– Держитесь меток. Красные приведут в Даг-Шедон, сиреневые – в Несс, а серые… По ним не суйтесь, в общем. И вот еще что. – Мужчина бросил Шейну небольшой мешок. – В деревне никто не откажет путнику в помощи – такие у нас правила, – но отплатить за добро стоит.
Шейн недоуменно потянул за шнурок, Шеонна с любопытством выглянула из-за его плеча.
– Овощи? – удивленно выпалила она.
– У нас еще есть деньги, мы сможем заплатить.
Шейн протянул мешок обратно, но Гедрик мягко отвел его руку и усмехнулся.
– Там, – он кивнул вперед, – ваши блестящие монетки не имеют никакой ценности.
Мужчина замялся и протянул Шейну руку, тот крепко пожал ее.
– Удачи вам, ребята. Заглядывайте к Ирье, когда… когда вернетесь.
Уверена: если бы Гедрик только мог, он бы остановил нас – сумасбродных, отчаянных, упрямо рвущихся в разинутую пасть Болот, обжигающую гнилостным дыханием смерти. Но он был бессилен.
Пристальный взгляд мужчины щекотал затылок, пока серые корявые деревья не заслонили нас неприступной стеной. Крепко вцепившись в сумку на груди и комкая жесткую ткань в мокрых от пота пальцах, я упорно шла вперед, не позволяя себе обернуться. Вязкий туман, стелющийся у ног, клубящийся меж мшистых корней полумрак, скрежет колючих кустарников – все это вселяло ужас, но я лишь ускоряла шаг. Мы были уже слишком близко и не имели права отступать.
Чем глубже мы уходили в Болота, тем тише становился мир вокруг: первыми смолкли птицы, затем прервался стрекот насекомых, а когда последняя мышь, или нечто на нее похожее, шмыгнула в траву, болота погрузились в безмолвную тишину. Лишь изредка над головой зловеще скрежетали сухие ветви или где-то вдали плескалась вода, заставляя вздрагивать от испуга. Путь все чаще преграждали затянутые илом реки. Перекинутые через них подвесные мостики скрипели под ногами и угрожающе раскачивались. Некоторые из них прогибались так низко, что черная вода лизала подгнившие доски и носки ботинок, оставляя на них темно-зеленую грязь.
Боль огнем растекалась по мышцам истерзанных долгой дорогой ног, шаги становились все короче и медленнее, отяжелевшие ступни с трудом отрывались от земли. Но мы не позволяли себе сделать привал – даже секунда промедления могла стоить нам жизни.
Тишина давила и будоражила воображение: казалось, стоит остановиться – и вздымающиеся над землей корни оживут, захрустят бугристой корой, змеями заскользят под одежду, оплетут тела до ломоты костей и затянут в чрева голодных деревьев. Я не могла избавиться от странного чувства, будто что-то злое и опасное провожало нас взглядом из-за мшистых стволов.
Мы пересекали очередную реку по хлипкому подвесному мостику, когда меж щербатых досок заплескалась, прежде спокойная и неподвижная, мутная вода. Сердце мгновенно ушло в пятки, нахлынувший на меня страх оборвал дыхание и до боли сжал легкие. Дно водоема пришло в движение: тягучая черная грязь медленно вздымалась, словно под ней извивалось живое существо, а его дыхание вырывалось на поверхность пузырьками воздуха, которые не спешили лопаться и увязали в темно-зеленой тине.
Внезапно нечто склизкое, похожее на щупальце, выскользнуло из воды и шлепнулось на мостик, отчего тот опасно покачнулся. Я сдержала испуганный крик, до боли прикусив язык, и крепко впилась пальцами в скользкие канаты, служившие перилами. Существо выпрыснуло из щупальца зловонную болотную муть, которая тут же стекла обратно в воду. Мой желудок болезненно свело, я рефлекторно зажала нос рукой, сдерживая подступившую к горлу тошноту.
– Алесса, – шепотом позвал Шейн.
В царившей тишине мое имя прозвучало будто сокрушительный выстрел, по спине пробежали мурашки. Но что бы ни обитало в воде, оно не услышало ни голоса парня, ни звука его шагов. Шейн протянул мне руку, я сжала его ладонь и решительно перепрыгнула щупальце. Мы поспешили к берегу, где нас уже ждала Шеонна, нервно заламывающая пальцы. Существо никак не отреагировало на наше движение и безучастно соскользнуло в воду.
Опасность нас взбодрила, и мы зашагали гораздо быстрее, едва не срываясь на бег, чтобы успеть добраться в поселение до наступления сумерек.
Тогда мы даже не подозревали, что главной опасностью Ксаафанийских болот были вовсе не голодные взгляды из чащи, не Шакла, которым местные жители пугали непослушных детей, не странное существо, обитающее в воде, а люди – жаждущие заполучить богатства заблудших путников.
