Пришлось признаваться и делиться планами на будущее, как именно я собираюсь без помощи ушкуйников добираться до деревни язычников и перевозить заказы в город и обратно. Благо получалось, что товар не будет ни тяжёлым, ни особо объёмным. Правда, для моих задумок нужны деньги, но Виринея тут же заявила, что вместе мы как-нибудь справимся.
За разговорами, обсуждениями, построением планов и не совсем прошеными наставлениями время бежало незаметно. Вскоре спохватившаяся ведунья принялась готовить ужин. Всё ещё дующаяся на меня Васька была вызвана на подмогу. Она иногда так зыркала в мою сторону, что я даже начал опасаться, что меня сегодня если не отравят, то точно до утра загонят в нужник маяться животом.
К счастью, ужин оказался очень вкусным и даже никто не отравился. Когда на улице солнце скрылось за лесом, хитро прищурившаяся Василиса вдруг заявила:
— Наставница, можно я покажу Степана своим друзьям?
— Что значит «покажу»? — с фальшивой строгостью, при этом едва сдерживая смех, спросила Виринея. — Еще скажи «выгуляю». Он что, щенок или котейка какой? Да и помять его могут твои ухажёры.
— Какие там ухажёры! — внезапно ощерилась девушка, словно недовольная кошка. — Ты же всех так запугала, что даже близко подойти боятся.
— Никого я не пугала, просто предупредила, чтобы дурью не маялись. Сама знаешь, рано тебе глупостями заниматься.
Я уже думал, что Васька сейчас вспыхнет как спичка и впадёт в истерику, но она справилась. Глубоко вздохнула и спокойно сказала:
— Хорошо, тогда я пойду одна, а он пускай сидит тут и старушку развлекает.
Меня раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, хотелось пообщаться с местной молодёжью. С другой — понимал, что встреча с язычниками, да ещё и после захода солнца, когда духи особенно сильны, особенно в деревне, не защищённой церковью и верой прихожан, — это глупость несусветная.
Виринея не стала реагировать на обидные слова ученицы и задумчиво посмотрела сначала на меня, а потом и на Василису.
— Может, ты и права. Степан часто будет у нас появляться, так что пусть постепенно привыкают. Только не води его в центр. И за круг тоже не уходите. Где вы там обычно собираетесь? На Сиплом ручье? — Увидев кивок девушки, ведунья добавила приказным тоном: — Но дальше в лес не суйтесь.
Василиса радостно пискнула, но шальной огонёк в её глазах мне очень не понравился. Впрочем, отступать было как-то глупо. Они уже договорились, и если откажусь, то буду выглядеть нелепо.
— Но сначала покажи ему, где будет спать, а потом идите, — сказала Виринея, когда Василиса уже ухватила меня за руку и потащила к двери.
Я успел лишь подцепить свой мешок и был насильно выволочен на улицу. Так же, практически на поводке, эта егоза оттащила меня к пристройке. Внутри небольшой бревенчатой избушки всё оказалось очень скромно. У входа небольшая печка с запасом дров. А в глубине три лежанки у стен. Ни столов, ни стульев. Странная такая меблировка. Моё недоумение было замечено Васькой:
— Мы тут лежачих больных держим, ну и гостей тоже.
Не скажу, что меня такие условия проживания обрадовали, но тут же одёрнул себя. Зажрался ты, Стёпка. Привык к комфорту в доме Спаносов, а ведь не так давно спал на продуваемом чердаке и не особо жаловался.
Едва я успел закинуть мешок на ближайший топчан, Василиса потащила меня дальше. Весеннее солнце садится быстро, и, пока мы добирались до места назначения, пройдя у самой кромки леса, наступили сумерки.
Сначала я увидел отблески огня, а затем услышал довольно громкое журчание воды. Когда подошли ближе, стало понятно, что свет давал костёр в обложенном камнем кострище, а шумел протекающий рядом ручей. Он действительно оказался громким, потому что вода с трудом пробиралась среди множества камней. Вокруг костра на удобно расположенных брёвнах сидела компания подростков примерно одного с Василисой возраста. Разве что вон тому широкоплечему парню с русой кудрявой шевелюрой можно дать лет шестнадцать. Юноша и одеждой, и повадками явно старался прибавить себе солидности. Всего в компании было четверо парней и пять девушек, не считая Василисы. Встретили нас ожидаемо настороженно, а кучерявый так вообще смотрел с угрюмой враждебностью.
— Что се за чужинец, Василиса? Почто привела? — на правах явного заводилы тут же потребовал ответа парень.
Зря старался, к будущей ведунье на кривой козе не подъедешь. Она одновременно и ответила на вопрос, и проигнорировала его требование. Просто сказала для всех разом:
— Знакомьтесь, се гость моей наставницы. Зовут Степан. Любить не прошу, но жаловать придётся. То воля не токмо Виринеи, но и моя.
Затем она начала перечислять имена сидящих вокруг костра. Я постарался запомнить, кто есть кто, но особо отметил, что кучерявого зовут Бурислав, а сидевшую рядом с ним и чем-то похожую на Бурислава симпатичную девушку Баженой. Ещё привлёк внимание коренастый со спокойным взглядом Гойник и худенькая, рыженькая и явно шебутная Зорица.
Едва дождавшись, пока Василиса закончит называть имена друзей, Бурислав тут же угрюмо заявил:
— Негоже привечать поповца.
