Примерно в центре этого помещения, на виду у всех гостей мероприятия, располагался столик жениха и невесты, за ним сидела задумчивая Сюзан Стингер, внимательно всматриваясь в бокал. На её плечах лежали петельки её лёгкого белого платья — не такого пышного и прелестного, какое было на ней вчера, но не менее выделяющее её из толпы. Тёмные милированные волосы ниспадали миниатюрным водопадом на её спину, плечи и грудь. Над карими глазами нависли изогнутые брови, маленький, слегка вздернутый нос раздувал ноздри.
— Ну только подумай Сюзан, только подумай! — за её спиной стояла женщина, точная её копия, только с морщинами в уголках глаз, губ и носа, словно высохшая и загрубевшая Сюзан Стингер. Она говорила эмоционально и интенсивно. — Этот проклятый О'Конор, помимо того, что припёрся на твою свадьбу, так ещё и на глазах у всей нашей родни — ох, бедная тётушка Мэри! — целовал эту проклятую Лиззи! Я думала она приличная девушка! Ох, Сюзан, я просто вне себя…
— Мама, хватит! — зарычала Сюзан. — Меня уже тошнит от этих слов! Лиззи-Олив, Лиззи-Олив, каждый второй как с ума сошёл! Это было неприятно, не спорю, но если бы не этот козёл О'Конор, как ты про него говорила, мы бы не смогли заплатить даже за моё гребанное платье! И ты знаешь об этом, мам…
— Прекрасно знаю… И не нужно на меня кричать, — с материнской строгостью сказала она, — я беспокоюсь о тебе, ведь представляю какого это… Они оба были близкими для тебя и играли какую-то роль в твоей жизни, а тут такое…
— Что было — то было, мам. Я счастлива с Джонатаном и меня не касается жизнь ни одного, ни другого, так что давай упустим этот конфуз и не будем портить оставшееся время.
Сюзан наблюдала за тем, как Джонатан входил в зал в компании своих друзей. Чуть прищурившись, он улыбнулся ей, держа в руки карманах. Она улыбнулась ему в ответ, но она не любила его. Она не знала это — чувствовала.
Она, конечно, не планировала беременеть в столь раннем возрасте, а уж тем более рожать детей, но жизнь повернула все таким образом, что ответственная девушка столкнулась с безответственным парнем и легла с ним в одну постель.
Джонатан сел рядом с ней и положил руку на её колено, обернулся к ней, восхитился самим собой (Сюзан безумно нравилась ему, и он гордился тем, что такая девушка находится рядом с ним), взял бокал шампанского и тут же его опорожнил. Вся его команда села за соседний стол, широко раскинув ноги и вздернув нос. Музыканты в углу продолжали сладостно наигрывать песни.
— Как ты себя чувствуешь, дорогая? — спросил он. Сюзи фальшиво улыбнулась, но он не распознал фальши.
— Всё замечательно, Джонни, — сказала она. По сути, сейчас она находилась совсем в другом месте, далеко отсюда, где от мужчин не пахнет дешёвым табаком и они не нажираются, как свиньи. Внутри неё ютилась глубокая обида за вчерашнее — брачную ночь она провела рядом с храпевшим, спустившим по колено брюки мужем.
На улице послышался гул мотора, все гости повернули головы в сторону входа, они уже знали, кого следует ждать.
— Снова припёрся этот козёл, — заворчал Стэнли Уайт, ударив кулаком об стол, подружки Сюзи коллективно захихикали и зашептались.
Двери ресторана дернулись и, закатывая глаза, отвернулись разочарованные гости. Держа руки в карманах, в зал вошла Лиззи Стивенсон в мужских брюках и рубашке, которые идеально на ней смотрелись (Сюзан поморщилась, потому что знала эти вещи), на тонком носики висели квадратные солнцезащитные очки, губы окрашены в красный, волосы заправлены за уши, из мочек которых висели крупные серьги-кольца. В эту секунду Крис локтем ткнул Тими в бок и поправил лацканы своего потрепанного пиджака, Фрэнки прищурился, Джонатан закипел. Следом за ней в сером клетчатом костюме вошёл и Оливер, Джонатан заерзал задницей по стулу.
