– Это ее приятель, а не мой. – Марта пожала плечами. – Так что никаких секретов я не выдам. Знаю о нем то же, что и все: уважаемый специалист, владеет медицинской лабораторией и несколькими аптекарскими лавками на юге.
Рин поскреб пальцем бороду:
– А господин Сорвейн может быть в отъезде?
– Потенциально, господин Сорвейн может делать что угодно, – проворчала Марта. – Возможно, прямо сейчас он у себя дома сидит в гобеленовом кресле, окруженный котами, и курит трубку.
– Нам нужно это проверить.
– Предлагаю заглянуть к нему в окно.
– Я про отъезд.
Марта скорчила недовольную гримасу, подшучивая над его занудством.
– О, это будет легко! Ложись, – велела она, указав на кровать, и, ничего более не объясняя, бросилась из комнаты с криками: – Помогите! Врачеватель! Нужен врачеватель!
Как повелось у них с самого начала, Марта не рассказывала о правилах игры, в которую его вовлекала. Он сам должен был догадаться, и на этот раз сразу понял, что от него требуется. Ему даже не пришлось изображать из себя больного.
В коридоре хлопнула дверь, раздался топот. Первым на зов Марты прибежал мажордом Хендри и, узнав, в чем дело, умчался вниз, чтобы послать за врачевателем. Затем послышался встревоженный голос Лэрда. Переживая за дочь, он стал расспрашивать, что случилось, и успокоился, получив ответ. Следом, разбуженная шумом, явилась Олберик и тут же взяла ситуацию под свой контроль.
Такой компанией они и пришли навестить Рина, пострадавшего от рук уличных грабителей. «Это удильщики! – уверенно заявил Лэрд, будто уже провел независимое расследование. – Из Делмара их выгнали, а что творится в округе – никому нет дела». Как бывший градоначальник, вынужденный уйти в отставку, он не упустил шанса обвинить нынешнюю власть. Затем несколько раз повторил, что нужно обратиться к следящим, однако его пламенная речь осталась без внимания, поскольку все были обеспокоены состоянием Рина.
До приезда врачевателя с ним возились, будто он был при смерти: обложили его подушками, укрыли одеялом, зачем‑то пристроили под ноги грелку, принесли чай, а госпожа Олберик заставила его выпить болеутоляющую микстуру. Терпеть все это было сущим наказанием. Никогда он с такой надеждой не ждал врачевателя. Потом на край кровати присела Марта и взяла его за руку. С этой минуты Рину стало намного легче сносить учиненный ею спектакль, и когда с лестницы донеслись торопливые шаги, он испытал некое разочарование.
В комнату вошел представительный господин: на его светлых волосах отчетливо был виден залом от обода шляпы, а в руках он держал внушительных размеров саквояж, будто в нем уместился переносной кабинет.
– Что вы здесь делаете? – выпалила Марта, чем застала врачевателя врасплох. – Где господин Сорвейн?!
Пришедший смутился, опешил, замялся, а потом выдал очевидную вещь:
– Сегодня я вместо него.
– Не сочтите за грубость, господин, – Марта вскочила на ноги, чтобы звучать убедительнее, – но я хочу, чтобы осмотр провел наш семейный врачеватель. Вопрос слишком серьезный. И деликатный. – Интонацией она так подчеркнула это «деликатный», что Рину стало неловко. – Я бы хотела видеть здесь лично господина Сорвейна.
– О, не переживайте, в этом нет необходимости, – заверил врачеватель.
– Папа?! – Марта метнула гневный взгляд в отца, требуя, чтобы он вмешался.
В эту секунду она вела себя как избалованная дочь богача, способного исполнить любой ее каприз. И, очевидно, господин Лэрд не впервой сталкивался с подобным поведением дочери, поскольку ничуть не удивился и отреагировал ровно так, как рассчитывала Марта.
– Не думаю, что господин Сорвейн откажет нам в просьбе, – поддержал ее Лэрд. – В конце концов, он друг семьи и поймет обеспокоенность Марты. Речь о здоровье ее будущего супруга. Не могли бы вы… посодействовать?
Врачеватель с виноватым видом покачал головой.
– Мне жаль, господин, но ничем не могу помочь. Профессора Сорвейна нет в городе и в ближайшую неделю он здесь точно не появится. Вы будете дожидаться его или все‑таки позволите осмотреть пациента?
Его красноречивый взгляд на Марту намекал на то, что она должна прекратить спор ради своего благоверного, о котором так заботилась. Марта верно истолковала его намек и отступила. Врачеватель тут же взял дело в свои руки и попросил всех покинуть комнату. Уходя последней, Марта затворила дверь, но Рин тем не менее слышал, как их троица, выдворенная вон, переговаривается в коридоре.
Врачеватель был излишне дотошен и старателен, стремясь доказать, что справляется с работой ничуть не хуже Сорвейна. После осмотра он осчастливил Рина новостью, что обошлось без сотрясения и переломов. Были только ушибы и несколько незначительных ран, которые он обработал раствором, а затем нанес заживляющую мазь. Рин пытался расспросить о господине Сорвейне, но каждый раз врачеватель принимал строгий вид и просил не отвлекать его.
Наконец с процедурами было покончено. Врачеватель собрал свой саквояж и, успокоив всех, что здоровью Рина ничего не угрожает, отбыл.
