– Нет, не припомню. Господин Порсо говорил, что у него никого не осталось. И всегда ждал только вас.
– Значит, он больше ни с кем не общался?
Сиделка задумалась ненадолго, ища ответ в пыльных ящиках своей памяти. Ее отсутствующий взгляд устремился в прошлое, а потом вернулся к Ризу.
– Пожалуй, да. Разве что дружил с одной пациенткой. Они гуляли после завтрака в саду, проводили вместе много времени. Видите ли, она попала сюда по той же причине, что и он. – Сиделка вспоминала о них с теплотой и светлой печалью. – Они помогали друг другу пережить утрату близкого человека. Один потерял жену, а другая – дочь. Им было о чем поговорить.
Дарт и Илайн переглянулись, подумав об одном и том же.
– Можно с ней пообщаться? – спросил Риз, поддерживая их подозрения.
Сиделка покачала головой:
– Ее здесь нет. Она излечилась и покинула пансионат около года назад.
– А ее имя, адрес? Как ее можно найти? – не сдержался Дарт.
Управляющий поспешил вмешаться, пока сиделка не сболтнула лишнего.
– Нам запрещено разглашать информацию о пациентах.
Казалось, его ответ должен был захлопнуть перед ними дверь, но Риз использовал запрещенный прием, к которому прибегал в исключительных случаях.
– О, простите, я забыл представиться. – Он виновато улыбнулся. – Ризердайн Уолтон.
Его имя подействовало на управляющего как удар. Он ахнул, осознав, кому только что отказал в помощи, и поспешил исправить свою оплошность.
– Конечно, это меняет дело! Хранителю Делмарского ключа открыты все двери. И уж тем более дверь нашего скромного архива. Пройдемте.
Преисполненный внезапно пробудившейся учтивостью, управляющий повел Риза за собой, через широкий коридор.
Илайн и Дарт за ними не последовали, но и в кабинете оставаться не пожелали. От приглашения выпить в столовой чаю они тоже отказались и, простившись с сиделкой, расположились у окна, выходящего на внутренний двор. В утренний час там гуляли пациенты. В открывавшейся картине Илайн не видела ничего интересного – просто шатающиеся люди-призраки. Несколько человек сидели на скамьях, занятые игрой или своими мыслями, другие, собравшись в круг, лениво перекатывали мяч, пиная его друг другу. Но Дарта они чем‑то увлекли.
– Эй, ты как? – спросила она. – Выглядишь… напуганным, как только мы вошли сюда.
– Кажется, я к ним скоро присоединюсь. – Он кивнул в сторону пациентов, погруженных в свои бесхитростные дела. И по его тону Илайн поняла, что он не шутит, а всерьез делится тем, что его беспокоит.
– Ты не свихнулся. Просто переживаешь непростые дни. – Она ободряюще коснулась его плеча, чтобы отвлечь. – Во время шторма море не думает, будто с ним что‑то не так.
Дарт покачал головой и болезненно потер виски. Он явно был не в порядке, и пара капель успокоительной микстуры проблемы не решила бы.
– Что заставило тебя так думать?
Он последовательно выдал одну версию за другой:
– Терес. Грец. Лим. Не знаю. – По тому, как менялся его тон, можно было заметить, как быстро переключаются его личности, и каждая имела свое мнение.
Илайн это не поразило, а расположило к нему.
– Я тоже чувствую себя разбитой на несколько частей, – внезапно призналась она, решив, что нельзя придумать более подходящего момента, чтобы поговорить об этом. Здесь, в Доме заблудших душ, они могли быть честны и откровенны. – Есть прежняя Илайн, моя защита и опора. Есть госпожа Уолтон – и она такая, какой положено быть супруге столичного градоначальника. А есть слабая и беззащитная Ила из прошлого. Иногда одна из них делает то, что другая не одобрила бы. Например, Илайн терпеть не может платья, которые вынуждена носить госпожа Уолтон, и презирает слабость маленькой Илы. Приходится держать себя в руках, чтобы не рассыпаться.
– Я понимаю, – сказал Дарт, и она знала, что это было не пустыми словами. Он действительно ее
Она благодарно улыбнулась ему, чувствуя странную легкость на сердце.
– Нам всем есть, что чинить в себе.
– Да, пожалуй.
Дарт нервно взъерошил волосы и снова устремил взгляд на пациентов, гуляющих во дворе, но теперь как будто с осознанием, что находится по другую сторону от них.
Несколько минут они провели в молчании – и оно тоже было частью разговора, который помог им обоим и которому предстояло остаться в этих стенах.
К моменту, когда Риз вернулся, их уже не волновало ничего, кроме поисков Флори.
– Нам нужно в Нейвл!
– Уверен, что это она? – осторожно спросила Илайн, боясь поколебать его решимость.
– У нее есть мотив. Она была здесь с Морганом, и он мог рассказывать ей об этом. И вышла из лечебницы год назад, вскоре после его смерти. Если у него и были рабочие записи, то ей не составляло труда украсть их и увезти с собой.
– Думаешь, Флори нужна ей, чтобы построить безлюдя? – В голосе Дарта звучало не сомнение, а слабая надежда, что на этот раз они на правильном пути.
– Вот и проверим.
