Он кивнул, слыша в мыслях голос безделушника, появляющегося в минуты его позора, чтобы все усугубить.
– Не хотите ли вы, госпожа Гордер, примерить это кольцо и фамилию Холфильд? – выпалил он на одном дыхании и запоздало подумал, что мог бы обойтись одним простым вопросом: согласна ли она…
Флори рассмеялась и, произнеся заветное «да», запечатлела ответ на его губах.
Флори стояла у окна и наблюдала за праздничными приготовлениями, что развернулись в саду. Изредка до нее доносился командный голос Фран. Под ее чутким руководством расставляли стулья на лужайке, украшали деревья. И в момент, когда порыв ветра взметнул кружевные ленты, свисавшие с ветвей, Флори подумала о том, как жаль, что Голодный дом не видит этого. Его уютный дворик был слишком мал для приема гостей, а потому праздник принимал Дом с оранжереей, окруженный чудесным садом. Несколько минут спустя там появилась Бильяна с лейкой, в которой, подозревала Флори, была вода из целебных источников. Иначе невозможно было объяснить, как кусты могли разрастись до таких размеров. Нежно-зеленые соцветия были свежи, как бывает только перед началом летнего зноя. Капли на мясистых листьях блестели на вечернем солнце, и казалось, что это благоухающее сверкающее облако парит над землей.
Все так старались внести свой вклад в праздник, что беспрекословно слушались Фран, а она этим пользовалась и придиралась даже к пустякам. Осмотревшись по сторонам, она заставила Ларри вскарабкаться на дерево и поправить криво висящую гирлянду из кружевных лент. Он безропотно полез выполнять поручение и все равно не угодил, потому что, по мнению Фран, делал все медленно и неумело, нарочно испытывая ее терпение.
– Будь я вороном, то справился бы быстрее, – ответил он, забравшись на ветку и склонив лохматую голову, которая сама по себе напоминала воронье гнездо с торчащими перьями.
– Кто это там каркает? – Фран посмотрела наверх и подставила руку козырьком, прикрывая глаза от солнца. Ее взгляд мог бы запросто сшибить Ларри на землю, если бы тот попытался спорить и дальше.
Зато в другой стороне сада, под сенью деревьев, царила идиллия. Тихонько позвякивала посуда, и голоса людей, скрытых раскидистыми кронами яблонь, звучали умиротворяюще, сливаясь с шелестом листвы. Из своего окна Флори могла видеть лишь край кружевной скатерти и миниатюрную вазу с цветами.
Флори разместили в одной из просторных спален – такой же полупустой, как и все комнаты в Доме с оранжереей. Из мебели здесь были только шкаф с платьем, ожидающим своего часа, и напольное зеркало, чтобы невеста могла взглянуть на себя, прежде чем пойти к алтарю. Она мысленно прочертила линию через лужайку: от дверей к раскидистым кустам гортензии, укрытых тенью деревьев с кружевными лентами.
Через час здесь должны были появиться горъюст и служитель Башни Хранителя, представлявшие закон земной и небесный, чтобы связать их узами брака.
Одна мысль об этом заставила ее нервничать. Отпрянув от окна, Флори вышла из комнаты и спустилась на кухню, откуда слышались голоса. Дес как раз привез целый фургон с праздничными блюдами, что приготовила его кухарка Лу, и таскал их Бильяне, а она расставляла тарелки на подносы и убирала повыше, чтобы проказник Бо не смог добраться до них.
Первой ее появление заметил Дес.
– Чудесное платье, Фло, – сказал он, подмигнув.
– Спасибо, только это ночная рубашка, – пробормотала она, одергивая длинные рукава с оборками.
– Ты что, еще не готова? – ахнула Бильяна. Не успела Флори ответить, что как раз ищет помощницу, которая поможет ей совладать с платьем, как неугомонный Дес снова вступил:
– Уверен, Дарт возьмет Флори в жены, даже если она выйдет, завернутая в простыню.
– Ох, Десми, где ты был со своими идеями раньше, – захохотала она.
И пока они предавались праздным разговорам, Бильяна, не теряя времени, подхватила стопку столовых салфеток и скрылась.
– Волнуешься? – спросил он уже без напускного веселья.
Флори пожала плечами:
– Немного.
– Скажу по секрету, – заговорщицким шепотом произнес Дес, – Дарт уже весь извелся. Боится, что ты передумаешь. Так что, если встретишь в коридорах ходячую тревогу, – это твой будущий супруг, поздравляю.
Флори не засмеялась, но лишь потому, что ее внимание привлек вид его неприкрытых запястий. Вместо платков, прячущих последствия несчастного случая на отцовской лесопилке, Дес надел литые браслеты, словно заключил шрамы в золотое обрамление, как поступали с картинами, чтобы придать им завершенный вид и подчеркнуть детали.
