Народники, что ни говорите, находятся в положении куда более благоприятном. Любые свои сочинения выпускают совершенно свободно. Журналы свои регулярно издают. Этим в значительной степени и объясняется влияние народников в обществе. Еще бы, печатное слово – огромная сила. И «друзья народа» несказанно рады: они могут безнаказанно что угодно о марксистах говорить и писать, искажать их взгляды как угодно…
Конечно, в Петербурге и в Москве немало издательств. Но разве какое-нибудь из них возьмется печатать книгу Ульянова? Ни за что! Как они могут печатать книгу, которая, камня на камне не оставляя от народников и народничества, беспощадно критикует существующий в государстве Российском общественный строй. Даже содержит призыв к ниспровержению этого строя при помощи коммунистической революции… Кто такую книгу возьмется печатать в царской России!
О том, чтобы рукопись приспособить к требованиям царской цензуры, Владимир Ильич и думать не хотел. Он ведь и в этой своей книге воздает должное цензуре: сравнивает ее с орудовавшим в Древней Греции разбойником по имени Полипемон, по прозвищу Прокруст. С тем самым, кто, по преданию, жертвы свои укладывал на имевшееся у него ложе: кому ложе коротко – ноги обрубал, кому длинно – насильно вытягивал ноги. Отсюда и пошло выражение: прокрустово ложе…
Владимир Ильич понимал, что значит уложить рукопись «Друзей народа» в прокрустово ложе царской цензуры. Знал, что после подобной операции от рукописи остаться могло: винтовка, у которой обрубили ствол, сняли приклад, – кого такое, с позволения сказать, «оружие» может поразить?! А Владимир Ильич в книге видел оружие – книга против книг! Оружие, способное обеспечить идейный разгром идейных противников – либеральных народников. Владимир Ильич хотел своих единомышленников как следует вооружить для ведения дальнейшей борьбы против царизма.
Следовательно, нужно было найти возможность печатать книгу в пределах, не доступных для глаза самого зоркого цензора. А это значило: надо поставить подпольную типографию.
Помогать Ульянову вызвался близкий к марксистам молодой инженер-технолог Алексей Александрович Ганшин. Вместе с ним за дело взялись его двоюродные братья – студенты Александр и Владимир Масленниковы.
В то время нелегкое это было дело – достать необходимый для печати шрифт. Типографии, как правило, имели не ахти какое богатое шрифтовое хозяйство, – исчезновение даже малой части шрифта владельцы сразу бы заметили. И Ганшин, как он ни старался, как ни бился, подпольной типографии поставить не смог.
В июне 1894 года Владимир Ильич приехал из Кузьминок в Москву и здесь встретился с Ганшиным. Можно смело предположить, что разговор между ними в тот день шел главным образом о будущей книге: где и как ее напечатать? А главное – когда? И как сделать это возможно быстрее.
Алексей Александрович сообщил о своем намерении отказаться от дальнейших поисков шрифта. Однако книгу он все же напечатает во что бы то ни стало: во Владимирскую губернию, где близ деревни Горки находится имение отца Ганшина, уже отправлено оборудование для размножения будущего издания.
В тот день Ульянов и передал Ганшину первую часть рукописи о «друзьях народа».
И вновь началось томительное ожидание. И вновь – неудача: из-за незнания всех премудростей литографии Ганшин не смог наладить печатание и этим способом. Лишь некоторое время спустя, не без труда достав в Москве кустарный множительный аппарат мимеограф, Алексей Александрович приступил наконец к работе в Горках. По тем временам, когда марксисты России еще не имели своей типографии, это было, конечно, событие немалое. И не случайно Владимир Ильич, интересуясь ходом нового важного дела, сначала посылал к Ганшину доверенных людей, потом – в июле-августе, – строго соблюдая требования конспирации, и сам приезжал в Горки, Владимирской губернии. Он пробыл здесь несколько дней – знакомился, как идет печатание «Друзей народа».
Незадолго до этого, в июне, товарищам в Петербурге тоже удалось на гектографе напечатать первый выпуск книги. В конце августа в Москве вышел второй и в сентябре в Петербурге – третий выпуск.
Тиражи изданий, выполненных на примитивных множительных аппаратах, были не очень велики. Около ста экземпляров первого выпуска «Друзей народа» напечатал А.А. Ганшин в Горках. Осенью того же года он продолжал свою издательскую деятельность в Москве на выходивших во двор антресолях дома № 16 по Первой Мещанской улице.
Пятьдесят экземпляров – таков был тираж вышедшего в сентябре четвертого издания первого выпуска, осуществленного в Петербурге Анатолием Ванеевым, товарищем Владимира Ильича по центральному марксистскому кружку.
А «блюстители порядка» не знали о том, что товарищи Владимира Ильича в это время печатали его книгу в Горках, Владимирской губернии, в Москве, в Петербурге…
И хорошо, что не знали!
Манифестом революционного марксизма в России называли современники книгу «Что такое „друзья народа“ и как они воюют против социал-демократов?».
