«Оттого, что на этот раз на помощь рабочим пришли социалисты… – заявила новая листовка „Союза борьбы“, выпущенная в ответ на сообщение, напечатанное в „Правительственном вестнике“. – Листки социалистов потребовали правительство к ответу, и правительство явилось и дало ответ… Таким образом, рабочие отучили правительство от гнусной полицейской лжи: они заставили его признать правду, когда поднялись массой, когда воспользовались листками для оглашения дела».
Многое вынуждено было признать царское правительство. Но оно пыталось при этом, что называется, и тень навести на ясный день. Попыталось все свести только к отдельным непорядкам, которые якобы вызваны лишь «особенностями бумагопрядильного и ниточного производства», а не положением пролетариата в России вообще. Попыталось отрицать, что усилия социалистов-марксистов встретили одобрение рабочих, получили их горячую поддержку.
«Отчего же, добрые гг. министры, – спрашивала в ответ на это листовка „Союза борьбы“, – рабочие читали нарасхват и требовали листков, в которых говорилось совсем не о бумаге и нитках, а о бесправии русских граждан и о диком произволе правительства, прислуживающегося к капиталистам?..»
Под нажимом событий, раскрыв, наконец, рот, правительство надеялось уверить всех, будто стачки совсем не носят политического характера, будто рабочим чужда политика и занимаются ею одни только социалисты-интеллигенты. Это была ложь.
Почти за год, минувший после декабря 1895 года, к судебной ответственности по делу «Союза борьбы» в Петербурге был привлечен 251 человек, в том числе 170 рабочих. За что же их арестовывали, судили за что? Ясно за что: «Союз борьбы» – организация политическая.
Недолго пожила на свете ложь, пущенная царским правительством. Листовка «Союза борьбы» на убедительных примерах доказала:
«Стачки 1895 – 1896 годов не прошли даром. Они сослужили громадную службу русским рабочим, они показали, как им следует вести борьбу за свои интересы. Они научили их понимать
Откуда же взялась и быстро облетела фабрики и заводы Петербурга и других городов России эта новая листовка «Союза борьбы», названная вызывающе-дерзко: «Царскому правительству».
Кто написал листовку?
Охранники прямо с ног сбились, повсюду рыская в поисках автора листовки. Многих подозревали, допрашивали строго – автора так и не нашли. Весь Петербург, все пригороды облазили – безрезультатно.
Да и как найти, если человек, который написал дерзкую листовку «Царскому правительству», находится в… царской тюрьме: сидит, спрятанный за плотными стенами «предварилки». Отсюда, из одиночной камеры № 193, текст листовки тайно переправлен был на волю, передан оставшимся на свободе товарищам из «Союза борьбы». И теперь, отпечатанная во множестве экземпляров, листовка эта распространяется по Петербургу, по всей России.
Не знает преград слово Ульянова!
Текст листовки «Царскому правительству» Ульянов писал между строк научной книги, которую ему разрешили доставить с воли в тюрьму, а потом через родственников на волю передать. Однако каждую такую книгу тюремщики рассматривали тщательно – по страничкам листали. Обнаружь они хотя бы слово, написанное чернилами или карандашом, – задержали бы книгу немедленно. Ульянова, конечно, взяли бы под еще более строгий надзор, запретили бы ему писать, вконец лишили бы возможности помогать «Союзу борьбы».
Как же быть? Как хитрых тюремщиков снова перехитрить?
Ульянов перехитрил.
По состоянию здоровья тюремные врачи разрешили Владимиру Ильичу покупать в лавочке «предварилки» молоко. Вот он и использовал молоко вместо… чернил.
Да, да: молоко вместо чернил! Окуная в молоко обычное перо, Ульянов писал то, о чем не должна знать тюремная администрация. Писал между печатными строками книг. Потом давал написанному просохнуть, а тогда уже никакая администрация даже при самом строгом просмотре не могла ничего обнаружить. Книга как книга, обычная книга.
