Тевтонский рыцарский орден распространялся вглубь и вширь. Славянские и прибалтийские народы слишком поздно почувствовали смертельную угрозу, пытались оказать сопротивление наглым захватчикам, но орден так усилился, что прогнать его обратно за Одер уже было невозможно. Иногда наносились «псам-рыцарям» чувствительные удары — как, например, в Грюнвальдской битве, но на место убитых из Германии спешили другие завоеватели. В последнее время Восточная Пруссия превратилась в очаг агрессии германского милитаризма, в осиное гнездо гитлеровского фашизма. Здесь происходили сражения в годы первой мировой войны, отсюда первого сентября 1939 года двинулись на Польшу гитлеровские орды, развязавшие вторую мировую войну. А в сорок первом из Восточной Пруссии вторглась на советскую землю группа фашистских армий «Север», принесшая неслыханные беды и страдания народам Прибалтийских республик, героическим ленинградцам, населению Ленинградской, Новгородской, Псковской областей. Рассказав об этом летчикам и техникам эскадрилий полка, я попросил:
— Разверните, пожалуйста, полетные карты. Вот деревня Гросс-Егерсдорф, около нее русские воины нанесли сокрушительное поражение армии прусского короля Фридриха Второго. Через год пруссаки были разбиты у деревни Цорндорф, еще через год — у деревни Кунерсдорф. При первом же успехе в начале сражения Фридрих Второй, считавший себя великим полководцем, послал в Берлин гонцов с ликующим сообщением о «решительном разгроме» русских. Но он поспешил, берлинцы оказались обманутыми, а на поле боя королевская армия потеряла двадцать восемь боевых знамен, сто семьдесят два орудия, десять тысяч ружей. К концу сражения от сорока восьми тысяч солдат и офицеров у короля не осталось и трех тысяч. Какой из этого следует вывод? — обращаюсь к слушателям.
— Вывод ясен, — ответил за всех склонный к философским рассуждениям лейтенант Назаренко. — В войнах против нашей страны нельзя спешить с победными реляциями, даже если наметился временный успех. Гитлер тоже поторопился назначить парад своих войск в Москве. И просчитался…
На войне без тяжелых, невосполнимых утрат не бывает. Большим потрясением для нас явилось сообщение о гибели командующего войсками 3-го Белорусского фронта Ивана Даниловича Черняховского, дважды Героя Советского Союза, генерала армии.
— Да, война не щадит никого, — сокрушенно вздыхали летчики. — Даже командующих…
Мало кому из рядовых воинов приходилось лично видеть генерала И. Д. Черняховского, но его полководческая слава сроднила с ним миллионы солдатских сердец, которые сжимались теперь от щемящей тоски и боли. Командир дивизии полковник Ф. И. Шинкаренко, хорошо знавший командующего, говорил:
— Поражала простота Ивана Даниловича Черняховского, его знание военного дела, его убежденность, уверенность в победе. Когда разгорались ожесточенные бои, каждый солдат, каждый офицер чувствовал силу и ум талантливого полководца.
Тогда мы, рядовые пилоты, почти ничего не знали о Черняховском, в таком же неведении пребывали и относительно биографии Маршала Советского Союза Александра Михайловича Василевского, вступившего в командование войсками 3-го Белорусского фронта. По газетным публикациям, по военной кинохронике узнавали маршала в лицо, и крылатая молва доносила: мудрый, талантливый военачальник. Значит, успех обеспечен, думали мы. И не ошиблись.
Зато о своем комдиве Ф. И. Шинкаренко знали многое (свой, близкий!). Родился Федор Иванович в селе Ново-Николаевка Ростовской области, на берегу реки Кагальник, впадающей в Азовское море. Семья многодетная — четверо сыновей, две дочери. Отец его Иван Игнатьевич, глядя на подрастающую молодежь, радовался: будет кому продолжить крестьянский род. Но жизнь распорядилась по-другому.
Первым уехал из отцовского дома в Ростов старший сын Федор. В Ростовском аэроклубе Осоавиахима впервые поднялся он в небо. В Качинском военном авиационном училище летчиков обучился высшему летному мастерству под руководством опытного летчика-инструктора Григория Пантелеевича Кравченко, впоследствии дважды Героя Советского Союза, генерал-лейтенанта авиации.
Первый боевой вылет совершил 29 ноября 1939 года над линией Маннергейма. Много боевых подвигов совершил молодой командир эскадрильи на той недолгой, но трудной войне. За мужество и отвагу, проявленные в боях с белофиннами, старшему лейтенанту Ф. И. Шинкаренко Указом Президиума Верховного Совета СССР от 7 апреля 1940 года было присвоено звание Героя Советского Союза. В наградном листе подводился итог сделанного им:
«Сбил лично два «фоккера» и вместе с товарищами — «Будьдог-Бристоль», 11 раз штурмовал наземные войска противника, 17 раз прикрывал методом патрулирования и сопровождения наши бомбардировщики, трижды наносил удары по вражеским аэродромам, летал на разведку».
