И что теперь? Она понять не могла, зачем прихватила его портфолио с собой, сначала на встречу, а потом и домой. Но объяснение найдётся. Обязательно! Гермиона всегда могла всё объяснить, что угодно, нужно было только немного подумать.
Это было что-то само собой разумеющееся — войти в просторную двухэтажную квартиру и бросить папку с фотографиями на стеклянный журнальный столик, сварить крепкий кофе на ночь и забраться с ногами в удобное, уютное кресло.
Гермиона погрузилась в созерцание его походки, осанки, каждого движения. Она словно смотрела новый занимательный фильм прямо в своей голове, прокручивая снова и снова самые интересные моменты. Гермиона анализировала разговор с бывшим сокурсником с точки зрения «кто кого». Он всё так же ироничен и надменен, даже несмотря на своё положение. Но она была уверена, что не уступала ему в уверенности и остроумии.
Несомненно, здесь, в мире маглов, она занимает гораздо более высокое социальное положение, чем Малфой, это придавало уверенности. Но он держался, как знающий себе цену мужчина. Это рождало в ней уважение.
Он не был таким в школе. Вся его напускная уверенность разбилась на шестом курсе, а после суда Малфой не вернулся в школу. Он просто исчез, и её никогда не заботила его судьба. Его семья получила по заслугам.
Гермиона тяжело вздохнула, как-то между прочим бросая взгляд на левое предплечье, скрытое длинным рукавом шёлковой блузки.
Опустошив половину кружки, девушка потянулась к папке, лежащей на столе. Открыв первый попавшийся файл, Гермиона сразу обратила внимание, что этот портрет отличался от других. Именно здесь он пытался улыбнуться, только пытался, но это была удачная попытка. Коронная ухмылка, обнажающая идеальные белоснежные зубы, лёгкие лукавые морщинки в уголках игривых серых глаз. И эти удивительные прямые, мягкие пряди. Очевидно, он нарочно немного нарастил длину, чтобы чёлка чуть прикрывала глаза.
Что-то дрогнуло внутри, дыхание перехватило.
— Да как же я буду с тобой общаться? — прошептала она сама себе. — Чем я думала?
Тяжело вздохнув, решительно бросила папку на стол.
— Работа — лучшее лекарство! — улыбнулась она и поняла, что видит лишь одну картину. Тут же бросилась в мастерскую, хватаясь за карандаш. В мгновение ока на белоснежном листе нарисовалась просторная, с V-образным вырезом, мужская сорочка, лёгкая, воздушная, как облако. Она навевала ощущение восемнадцатого века, Гермиона пририсовала своей безликой мужской модели длинную чёлку и рапиру в руке.
— Ты отлично на меня влияешь, Малфой! — усмехнулась она. — Хочешь или нет — это будет твой показ. Тебе повезло. Ты этого просто ещё не понял.
В ту же секунду рванула в гостиную, схватила телефон, набрала номер, уже внесённый в контакты.
Она замерла, взволнованно покусывая губы.
— Да ты что, спишь что ли? — прошептала она, даже не думая посмотреть на время.
Многозначительные долгие гудки бесили.
— И как это понимать? — раздался сонный голос в аппарате. — Ты же сказала, не позвонишь сегодня. Тем более ночью.
— Малфой, ты на работе! Забыл? — возмущённо выдохнула она. — Я предупреждала, что…
— Ладно! Слушаю! — раздражённо выдохнул Малфой.
— Завтра приедешь ко мне домой…
— Домой? — словно не поверив ушам, выпалил он.
— Да, Малфой! — повысив голос почти прокричала она. — Что за дурная привычка затягивать разговор?
В ухо ворвался низкий утробный рык. Мурашки прошли у неё по спине, и Гермиона отдёрнула от себя устройство, с ужасом взирая на дисплей. Снова поднеся его к уху, убедилась, что всё стихло.
— Ты слышишь? — тихо спросила она.
— Да-а-а! — уныло протянул Малфой.
— Будь готов к фотосессии. Я сделаю пару снимков. В восемь утра у меня.
Молчание.
— Малфой…
— Ты в курсе сколько времени? — зевнул он.
— Нет. А что?
— До восьми осталось четыре с половиной часа. Ты что, вампир? Ночами не спишь?
— Не твоё дело, — бросила она. — Адрес знаешь?
— Да.
— Тогда до завтра! — улыбнулась она.
— До сегодня… — проворчал он и раздались частые гудки.
Гермиона рассмеялась. До чего же забавно его доводить! Она буквально в припрыжку понеслась в свою личную мастерскую, лихо обернувшись вокруг своей оси, взмахнула волшебной палочкой.
— Завтра у тебя бал, «Золушка»! Вингардиум Левиоса! — весело воскликнула она, и с верхней полки огромного стеллажа на её раскроечный стол спикировал белоснежный, почти прозрачный, отрез ткани. Гермиона взмахнула рукой: — Акцио!
Рулон бумаги для выкроек развернулся на столе. Её глаза горели азартом, неведомым до этого дня вдохновением, словно принесённым ангелом на крыльях.
— Ты будешь звездой, Малфой! — коварно прошептала она. — Ну… почти!
***
Когда Гермиона взволнованно распахнула дверь, Малфой несколько озадачился. Это стало заметно сразу.
— Это вот так должен выглядеть дизайнер одежды? — иронично скривился он.
Джинсовые шорты и простая бордовая футболка делали её похожей на девочку, а хвостик из мелких кудрей на затылке дополнял картину.
— Дома выгляжу, как хочу! — парировала она и отошла в сторону, пропуская его в квартиру.
