Мы ответили: все худсоветы которым мы сдаём работы, ведёт только он, Богданович, и на них никогда не присутствует Кандыба. «Ваши условия приняты, – сказал он, – а Кандыбу я вообще выкину из худсовета!». После этого мы с ним успешно сотрудничали, все наши идеи он подхватывал и воплощал – с ним было легко и радостно работать и, как я уже писал, за это его и сняли. В то время найти повод было не сложно, существовали специальные формулировки: аморальное поведение, преклонение перед Западом, непонимание политики партии и правительства… Но этими крючками его было трудно зацепить, поэтому срочно искали ещё какую-нибудь причину. И нашли! В «Укрконцерте» проводился ремонт, в туалетах и душевых клали кафель. У Богдановича в квартире в это время лопнула труба в ванной, там вскрыли пол, и он попросил завхоза достать ему немного дефицитного в то время кафеля, чтобы этот пол заделать. Тот завёз ему ящик оставшихся от ремонта в битых плиток, которые полагалось выбросить. Представляете, как возрадовалась стая хищников, для которых он был белой вороной! За «использование служебного положения в личных целях» этот умный, энергичный, деловой руководитель был снят и переведен на работу в Одессу. После этого «Укрконцерт» стал хиреть и разваливаться, но это уже никого не волновало – главное, что победили Кандыбы!
После той передозировки гормонами, полученной в больнице, Майя всё ещё не пришла в себя и искала разные пути для выздоровления. Про её длительные голодания я уже упоминал, но кроме этого, она ещё перешла на раздельное питание по Бреггу и Шелтону и обратилась за помощью к экстрасенсам. В то время экстрасенсы официально были «вне закона», чем-то вроде нечистой силы, но в городе уже давно пересказывали друг другу случаи их чудодейственного целительства.
В киевском институте психологии работал Сергей Яковлевич Злачевский, известный прогрессивный учёный, который изучал феномен экстрасенсов и сплотил их вокруг себя, в меру сил защищая от нападок и преследования. Это был удивительный, светлый человек, тяжело больной, но никогда не жалующийся, наоборот – всегда подставляющий всем своё плечо. Именно он и его сотрудница, его ученица, его любимая женщина Светлана Яковлевна Карпиловская, познакомили Майю с экстрасенсами, стали её друзьями, наставниками и, в полном смысле этого слова, её спасителями. Об этом я сейчас расскажу.
Майя вдруг стала ощущать слабость, с каждым днём всё больше и больше теряя силы. Я возил её на все обследования, к лучшим врачам, но у неё ничего такого страшного не находили, а ей становилось всё хуже и хуже, настал день, когда она уже не могла вставать. На моё счастье я встретил на улице Сергея Яковлевича и рассказал ему о Майином состоянии. Он вдруг неожиданно спросил:
– К вам ходит какой-то новый человек?
– Да. Оксана из соседнего дома.
– Худая?
– Очень.
– Приносит еду?
– Да. Пирожки, торты, вареники…
– А ткани какие-нибудь дарит?
– Да. Майя любит делать мягкие игрушки, так она её завалила обрезками разноцветных тканей, искусственным мехом, лентами…
– Саша, это очень серьёзно, Майя может погибнуть! – Я впервые увидел его таким взволнованным. – Эта женщина – вампир. Майя прирождённый донор, из неё очень легко брать – она сама себя отдаёт. Эта женщина забрала её энергию – в дом больше не пускать и не давать говорить по телефону! Все её подарки: тряпки, ленты, меха – немедленно сожги!.. Мы вечером будем.
Я выполнил его указание, сжёг все Оксанины приношения и даже двух медвежат, которых Майя уже успела сделать из её тканей. К вечеру пришли Сергей, Светлана и Алла, очень мощный экстрасенс, которую даже Академия Наук привлекала для «неординарных методов лечения». Они все втроём, расставленными ладонями, как локатарами, «прощупывали» квартиру.
– В комнатах ничего не осталось, – сказала Алла, – проверь сверху на вешалке.
Я стал на табуретку и обнаружил наверху, в моей шляпе, сжатые в клубок куски меха и обрезки тканей.
– Сожги! – велел Сергей, – а мы пошли к Майе.
Совершив очередное «аутодафе», я заглянул в спальню: все трое стояли у постели, держали Майю за руки и сжимали ладони друг друга, создав замкнутую цепь для передачи ей своей энергии. Потом они ещё долго водили над ней ладонями и что-то говорили, говорили… Прощаясь, Сергей сказал:
– Ещё два-три дня – она могла умереть. Сейчас ей легче. Мы будем приходить каждый вечер, мы её поднимем. Но Оксану на пушечный выстрел не подпускать!
Я был в шоке:
– В наше время – вампиры! Она же очень симпатичный человек.
– Это энергетический вампир. Они существуют. Уверен, что тебе не раз случалось, вернувшись домой, чувствовать себя усталым и разбитым, не понимая почему: ведь ты в это день особенно не напрягался. А это значит, что или в троллейбусе, или в магазине, или на совещании кто-то попользовался твоей энергией. Они, быть может, и не хотят причинить зло, но иначе жить не могут, им всё время нужна подпитка.
