Конечно, братец – урод, и тюрьма по нему плачет. Вот только каким он выйдет из той тюрьмы? Судя по всему, все дерьмо нашей жизни он впитывает в себя, словно губка. Моральные переживания Родиона Раскольникова – это не для него. И я опять незаметно для себя сбился на игру «Сочини детектив». А что? Очень похоже – героиня-то денежку, как видно, зарабатывала, выгоняя самогоночку и приторговывая ею. Чем не старуха-процентщица? А может, братика и купюрами ссуживала, если тот просил взаймы? О чем они с утра-то терли? Может, не вернул он должок, она и осерчала? Осерчала и решила братишечку-то отчитать. А он же герой – как-никак видел, как ножичком-то балуют в американском кино. Может, все это он сделал с этаким воплем а-ля Сильвестр Сталлоне?..
Стой-стой-стой… Господин автор, у вас самого-то с психикой все в порядке? Да, чего-то меня заносит… Думаю, надо сочинить какие-то версии невиновности брата Городни, чтобы при встрече ее как-то успокоить, а там пройдет время, а оно, как известно, лечит. И я снова улетел в свои детективные дали…
Я крутил историю и так и этак, но ничего разумного у меня не получалось – братец Городни все равно был кругом неправ. Даже когда его окружали сплошные подонки и негодяи, поверить, что последний удар тетя Поля нанесла сама себе, никак не удавалось. А самое страшное, что я к «своему герою» ничего не чувствовал – ни симпатии, ни ненависти… Ни-че-го.
И я снова собирал свои мозги в кучу, и тетя Поля становилась смертельно больной и после отчаянных попыток уговорить знакомых врачей, ветеринаров и еще кого там, чтобы ей сделали смертельный укол, она, не добившись своего, подбивает Романа помочь ей уйти из жизни, пообещав простить ему все его долги. И что? А ничего… Опять виноват.
Сосед снизу, мечтая завладеть опять-таки злополучной жилплощадью, подкупает тетю Полю. А она ведет двойную игру, как в шпионских сериалах, и, не отталкивая сиделку, берет деньги у соседа снизу… Берет деньги, обещая переписать завещание в пользу нашего нового героя. Дальше дело техники… За стаканом водки надо убедить Романа тюкнуть старуху, засидевшуюся на грешной земле. Стимул – «она всех достала, и я тебе все долги прощу…». Да, но опять братец не выглядит пай-мальчиком.
Девушка, которая по завещанию должна получить квартиру… У нее есть кавалер, который ее торопит… В конце концов он и сам мог по-мужски поговорить с Романом, который окончательно запутался в долгах. Поговорить и подбить стать наемным убийцей. Боже мой, ну почему опять Романа? А кого? Он же явился как штык со штыком в квартире процентщицы. Нет, не годится, ищи-ищи, что-то должно быть.
«Ладно, спать», – решил я, понадеявшись на собственную импровизацию при встрече с Иркой.
А ночью мне приснился сон, причем очень сумбурный, и я его не запомнил целиком. Но прежде чем проснуться, я увидел во сне корпоратив в честь 75-летия тети Поли. Гламур в полный рост, среди гостей видные политики и звезды шоу-бизнеса. Официанты разносят шампанское… Тетя Поля сидит во главе стола, заставленного отборными яствами. Рядом с ней стоит ее каталка, украшенная изумрудами и бриллиантами. На сцене певица, которая в сопровождении ансамбля поет песню, припев которой подхватывает весь зал:
Вдруг на экране моего сновиденческого «телевизора» пошли помехи, и появилась надпись: «Просим прощения за сбой в передаче, случившийся из-за неполадок на линии вне территории России».
Я проснулся.
И почти сразу позвонил телефон. Это была Городня.
– Привет… Я сегодня уезжаю в Луганск.
– Валере рассказала?
– Да, конечно…
– Я подскочу на вокзал.
– Давай, приезжай, мне это сейчас очень нужно.
На перроне Курского меня ждала Ирка Городня. Скромно одетая, сожравшая себя, но не потерявшая решительности. Она была собрана и, судя по виду, готова броситься в драку.
– И что? Ты едешь?
– Да, хочу встретиться с адвокатами, может, в камеру допустят, поговорю с этим… Даже не знаю, как назвать его.
– А называй его – брат.
– Спасибо тебе за поддержку.
– О чем ты? Все нормально.
– Да нет, – Городня вдруг поцеловала меня, – ты так меня поддержал.
– Знаешь, я тут разные версии придумал, – собрался я пересказать свой детектив.
– Да не надо… Это же работа следаков, а не твоя… Пой лучше песни.
– Ладно, езжай… Потом когда-нибудь при случае я тебе все это расскажу.
– Я поговорила с некоторыми людьми… Они мне сказали, что могут его даже отмазать, ты же знаешь, как нынче это делается… У них уже есть отработанные ходы и связи… Все упирается в количество денег.
– А помнишь закон, – решил я проявить свою компетентность, – если начнешь давать, тебя будут доить до конца жизни.
