- Слушай, ну почему ты такой дурак?! - Её голос был сдавленным. Мне показалось, что она боится разбудить Мишку. Точнее не хочет, чтобы он услышал наш разговор. - Ты думаешь, мне плевать? Думаешь, я считаю тебя извращенцем. Мол, мой брат голубой - значит, может трахаться с кем угодно и где угодно. - Светка начинала злиться. - Думаешь, я не хочу, чтобы у тебя всё было, как у людей? Я не хочу, чтобы какое-то быдло пользовалось тобой, а потом сбегало... Ладно, он красивый. Но он же трус! Ты вообще уверен, что он тоже голубой? Может, его по пьяни просто на эксперименты потянуло. А тут ты подвернулся.
На секунду мне показалось, что кто-то подкрался сзади и всадил в спину ржавый нож. Тянущая боль распространилась по спине, потом перешла в грудь, подобралась к сердцу.
Я боялся этой догадки. Как студент, пытающийся вытянуть один единственный выученный перед экзаменом билет. Как школьник, которого вместе со всем классом ведут к стоматологу. И никуда от этого страха не денешься. Потому что сдавать экзамен всё равно придётся, а внимательный классный руководитель десять раз проверит списки и тут же узнает, кто сбежал. И тогда к стоматологу придётся идти одному. А это - ещё страшнее.
Я боялся не результата сделанной сестрой догадки, а самого процесса её обдумывания. Во мне говорил ребёнок, мечтающий, чтобы экзамен неожиданно отменили, а у стоматолога вдруг не оказалось инструментов. Но хитрый преподаватель несмотря ни на что манил пальцем к экзаменационному столу, а добрая медсестра давала в руки зубную щётку и оставляла трясущегося ребёнка перед зеркалом, в котором машиной пыток отражалось стоматологическое кресло.
- Не знаю, - наконец вымученно выдавил я. - Я ничего о нём не знаю.
Я достал сигареты и закурил. Сестра быстро поставила передо мной пепельницу. Седой дым закружился по комнате, выписывая в воздухе причудливые узоры.
- Вижу, - сказала она и погладила мою руку. - Кофе еще будешь?
Я кивнул.
Наливая воду в чайник, Светка спросила:
- И что ты теперь собираешься делать?
- Хочу сходить к Славке. Сто лет его уже не видел.
- Нет, я про твоего... - Она задрала подбородок вверх, будто подбирала
правильное слово, - нового знакомого спрашиваю.
- Ничего. - Светка поставила чайник на огонь и посмотрела на меня вопросительно. - Я же не буду бегать по всему городу и искать его по описанию: карие глаза, красивая задница, ну и так далее.
Сестра улыбнулась. Она продолжала улыбаться, насыпая мне кофе и сахар.
Я затушил сигарету и прислонился затылком к стене. От Светкиной улыбки как-то полегчало. Сестра копошилась у стола. Её уютный домашний вид и искренняя забота помогали успокоиться. Вся эта естественная суета отодвигала на задний план мои проблемы. Они казались какими-то далекими, нереальными. Хотелось, чтобы всё это не было таким тяжелым. Почему отношения всегда приносят столько сложностей? Почему нельзя просто заняться с кем-то сексом, потом познакомиться ближе, начать встречаться, жить вместе? Почему должны быть все эти выматывающие встречи в грязных подъездах, нелепые расставания, будто всё произошло случайно?..
"Если бы он относился ко мне так же, как она..."
Эта мысль показалась мне такой естественной, что сначала я даже мечтательно улыбался, как идиот. Потом накатили прежние вопросы: "Почему он всё время сбегает? Почему не хочет хотя бы поговорить?"
- Серёж. - Светка поставила передо мной дымящуюся чашку. - Ты что, влюбился?
Она спросила это так спокойно, что я едва не ответил: "Да". Не знаю, что меня удержало. Наверное, страх. Я боялся, что признавшись, совершу какую-то роковую ошибку. Спугну какого-то редкого зверя, рвавшего мое сердце на клочки. Я был готов терпеть эти мучения, лишь бы не лишиться надежды увидеть его снова. И не только увидеть...
Я сам не знал, что именно хочу с ним сделать.
- Вы чего тут делаете?
На кухню вошёл Мишка и, прикусив губу, замер, словно ребёнок, прервавший серьёзный разговор родителей. Он так и застыл в одних трусах, бросая беспокойные взгляды то на меня, то на Светку, ежась и переминаясь с ноги на ногу.
- А ты не видишь? - Светка развернулась и метнула на него грозный взгляд.
- Кофе пьём, - выручил его я.
- Понятно. - Он вырвался из оцепенения и сел на свободную табуретку, поджав по себя ногу. - А мне можно?
Он начинал раздражаться, когда Светка разговаривала с ним таким тоном. В моём присутствии Мишка всегда старался показать: главный в их отношениях - он. Я дружелюбно улыбнулся и протянул ему свою кружку:
- Бери мой.
Мишка потянулся за моей кружкой. Светка вскочила со словами:
- Ну и сидите тут!
Через секунду её уже не было на кухне. А ещё через десять секунд в зале включился телевизор. Мишка отхлебнул кофе и, ухмыльнувшись, спросил:
- Чего у вас стряслось?
- Всё нормально.Ты пей, а я пойду. Спасибо, что не бросили ночью.
- Пожалуйста, - сказал он, обнажая в улыбке зубы. - Знаешь, как Наташка хотела, чтобы мы тебя оставили?
Он предательски подмигнул.
- Представляю, что бы она с тобой сделала... - Он мечтательно закатил глаза.
- Миш, когда ты так делаешь, ты очень эротично выглядишь. Особенно в одних трусах.
