В сумерках дом казался квадратным, из окон сквозь щели задернутых штор сочился желтый свет. Оливер остановил машину перед дверью и вышел, и Кэролайн медленно, неохотно последовала за ним, поднялась по ступенькам и, когда он отступил в сторону, пропуская ее вперед и придерживая для нее дверь, прошла в дом. Чувствуя себя капризным ребенком, которого привели на урок, она даже не взглянула на Оливера. Дверь за ними захлопнулась, и, словно по сигналу, издалека послышался голос Джоди. Открылась дверь кухни, и по коридору застучали быстрые шаги. Вот он появился перед ними и остановился как вкопанный, увидев перед собой только двоих. Глаза его метнулись к двери за спиной у Кэролайн и обратно к лицу сестры.
– А где Энгус? – спросил Джоди.
Он очень надеялся, что она привезет с собой старшего брата.
– Энгуса там не оказалось, – ответила Кэролайн, сожалея, что приходится произносить эти слова.
Последовало молчание.
– То есть ты его не нашла, – небрежно сказал Джоди.
– Нет, он там, все в порядке, он действительно работает в гостинице. Просто сейчас он в отъезде и приедет через несколько дней, – объяснила она, стараясь говорить убедительно. – Вернется через день или два. Беспокоиться не о чем.
– Но миссис Купер сказала, что ты заболела.
– Как видишь, я здорова, – быстро ответила Кэролайн.
– Но она сказала…
– Беда в том, – перебил его Оливер, – что твоя сестра не слушается старших, не делает того, что ей велят, и ничего не ест.
Голос у него был сердитый и расстроенный. Джоди молча наблюдал за тем, как Оливер расстегнул свое твидовое пальто и бросил его на перила лестницы.
– Где миссис Купер? – спросил Оливер.
– В кухне.
– Скажи ей, что все в порядке. Кэролайн я привез, она сейчас полежит немного, потом поужинает и завтра будет как огурчик.
Но Джоди продолжал с нерешительным видом стоять на месте. Тогда Оливер подошел к нему, развернул в сторону кухни и легонько подтолкнул:
– Давай-давай. Беспокоиться и правда не о чем, даю слово.
Джоди ушел. В конце коридора хлопнула кухонная дверь, и стало слышно, как Джоди передает сообщение. Оливер повернулся к Кэролайн.
– А теперь, – сказал он с обманчивой любезностью, – вы пойдете наверх и ляжете в постель, а миссис Купер принесет вам поднос с ужином. Вот так.
Тон его голоса снова оживил в ней прежнюю отчаянную строптивость. Ту самую строптивость, которая еще в детстве не раз помогала Кэролайн добиваться своего и в конце концов сломила сопротивление мачехи, не желавшей поначалу, чтобы ее падчерица поступила в театральную школу. Хью, должно быть, давно распознал в Кэролайн эту черту, поскольку всегда обращался с ней деликатно, стараясь действовать больше уговорами, исподволь, и умел вовремя и незаметно дернуть за нужную ниточку в тех случаях, когда она отвергла бы любую попытку командовать собой.
Сейчас Кэролайн испытывала сильное искушение закатить напоследок ужасную сцену, но, поскольку Оливер Кэрни продолжал терпеливо стоять и ждать, как человек учтивый, но непоколебимый, ее строптивость угасла. Оправдывая свою капитуляцию, Кэролайн постаралась убедить себя в том, что она устала, слишком измотана для дальнейшего сопротивления. К тому же мысль о теплой кровати, о возможности побыть наедине с собой неожиданно показалась ей чрезвычайно заманчивой. Не говоря ни слова, она отвернулась от него и пошла наверх, ступенька за ступенькой, скользя рукой по длинным отполированным перилам.
Оливер же отправился в кухню, где миссис Купер готовила ужин, а Джоди сидел за столом и бился над старинным пазлом, сложив который можно было получить изображение не менее старинного паровоза. Оливер прекрасно помнил эту головоломку, помнил, как он сидел над ней с матерью и Чарльзом, коротая долгие дождливые вечера и дожидаясь, когда закончится плохая погода и они побегут гулять и играть на свежем воздухе.
– У тебя неплохо получается, – заметил он, наклонившись над плечом мальчика.
– Никак не могу найти вот этот кусочек, где небо, – откликнулся тот. – И еще этот, где ветка. Тогда эта часть была бы закончена.
Оливер тоже принялся искать неуловимый кусочек.
– Надеюсь, с нашей юной леди все в порядке? – спросила миссис Купер, стоявшая у плиты.
– Да, – ответил Оливер, не поднимая головы. – Она легла в постель.
– Что же с ней случилось? – спросил Джоди.
– Она упала в обморок, а потом ее стошнило.
– Терпеть не могу, когда меня тошнит.
– Я тоже, – усмехнулся Оливер.
– Сейчас налью ей вкусного бульончика, – сказала миссис Купер. – Когда плохо себя чувствуешь, плотный ужин ни к чему. Тяжело для желудка.
Оливер согласился. Он наконец нашел недостающий кусочек пазла и вручил Джоди:
– Этот подойдет?
– Да! – обрадовался Джоди, восхищаясь тем, какой все-таки Оливер умный. – Ой, спасибо вам, а то я глядел, глядел на него, но так и не понял, что это тот самый. – Он поднял голову и улыбнулся. – Одна голова хорошо, а две лучше, правда? Давайте и дальше вместе?
– Послушай, сейчас я хочу принять ванну, потом чего-нибудь выпить, потом мы с тобой поужинаем. А вот после ужина посмотрим, может, и получится вместе закончить пазл.
– Он раньше был вашим?
