– Это была просто идея. Я подумал, что она могла бы тебя развлечь, позабавить. А теперь пошли, надо возвращаться домой, иначе миссис Купер подумает, что мы все утонули в озере.
По лестнице Оливер спустился первым, осторожно пробуя ногой каждую ступеньку, прежде чем перенести на нее свой вес. Оказавшись внизу, он стал ждать Кэролайн, на всякий случай придерживая лестницу обеими руками. Но на полпути вниз девушка вдруг беспомощно остановилась, не в состоянии двигаться ни вниз, ни вверх. Она начала смеяться, и тогда Оливер велел ей прыгать, а она ответила, что не может прыгнуть, и Оливер сказал, что прыгнуть может каждый дурак, но к этому моменту Кэролайн уже хохотала так, что не способна была на разумные действия, и в результате, конечно, поскользнулась. Раздался зловещий треск полусгнившего дерева, и ее спуск непременно закончился бы унизительным падением, если бы Оливер не подхватил ее в объятия.
В ее светлых волосах застряла веточка вереска, свитер был теплым от солнечных лучей, круги под глазами исчезли благодаря тому, что она долго спала и как следует выспалась. Кожа была гладкой и слегка порозовевшей, большой рот на лице, обращенном к Оливеру, открыт в смехе. Ни о чем не думая и не колеблясь, Оливер наклонился и поцеловал ее. Сразу стало очень тихо. На мгновение Кэролайн замерла в его руках, потом положила обе ладони ему на грудь и мягко оттолкнула его. Смеха на ее губах как не бывало, а в глазах появилось выражение, какого он прежде у нее не видел.
– Просто день сегодня такой, – наконец проговорила она.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Что день сегодня чудесный. Светит солнышко. Пришла весна.
– Разве это что-то меняет?
– Не знаю.
Она высвободилась из его объятий, повернулась и направилась к выходу. Остановилась в дверях, прислонившись плечом к дверному косяку. Ее силуэт четко вырисовывался на ослепительно ярком фоне дверного проема.
– И дом тоже чудесный, – сказала Кэролайн. – Думаю, стоит его сохранить.
Джоди уже оставил рябину в покое, его снова манил берег озера. Он принялся делать «блинчики», пуская по воде плоские камешки, и тем самым свел с ума Лайзу, которая не знала, то ли ей бросаться за ними в воду, то ли оставаться на месте. Кэролайн тоже подобрала плоскую гальку, бросила, и камешек сделал три «блинчика», прежде чем скрыться под водой.
– Что ж ты мне раньше не показывала, как это делается? – яростно накинулся на сестру Джоди.
Но Кэролайн отвернулась, потому что не могла ответить и не хотела, чтобы он увидел ее лицо. До нее вдруг дошло, почему она неожиданно избавилась от своих чувств к Дреннану Коулфилду, разлюбила его и больше не желала о нем даже вспоминать. И что еще страшнее, она поняла, почему не сказала Оливеру о том, что выходит замуж за Хью.
Когда Лиз подъехала к усадьбе Кэрни, дом показался ей притихшим и совершенно пустым, словно все обитатели покинули его. Она остановила машину перед парадной дверью, заглушила двигатель и стала ждать, чтобы кто-нибудь вышел ее поприветствовать. Но никто так и не вышел, хотя дверь была не заперта. Тогда Лиз выбралась из машины, вошла в дом и, остановившись посреди холла, позвала Оливера. Ответа по-прежнему не было, однако со стороны кухни доносились какие-то звуки, говорящие о том, что в доме все-таки кто-то есть. Прекрасно знакомая с этим домом, Лиз прошла по коридору и вошла в кухню, застав врасплох миссис Купер, которая только что вернулась со двора, где развешивала сушиться постиранное белье.
– Лиз! – вздрогнула женщина и, искусно разыграв испуг, схватилась за сердце.
Она знала Лиз с детства, и ей даже в голову не приходило называть ее «мисс Фрейзер».
– Простите, – отозвалась Лиз. – Я не хотела вас напугать. Мне показалось, что в доме никого нет.
– Оливер куда-то ушел. И взял с собой… остальных.
Пауза была почти незаметной, но Лиз сразу ухватилась за это:
– Вы говорите о ваших нежданных визитерах? Наслышана, наслышана.
– Ах, это просто парочка малолеток. Оливер повел их к озеру: мальчонке захотелось покататься на лодке. – Миссис Купер посмотрела на кухонные часы. – Но они с минуты на минуту вернутся. Обедают сегодня рано, потом Оливеру нужно съездить в Релкирк, еще разок поболтать с адвокатом. Ты подождешь? Может, пообедаешь с нами?
– Спасибо, обедать не стану, но минутку еще подожду. А не дождусь, так поеду домой. Я заскочила узнать, как поживает Оливер.
– Прекрасно поживает, прекрасно, – отозвалась миссис Купер. – В том смысле, что, слава богу, все это оказалось к добру, он хоть отвлекся немного, не так переживает утрату.
– Что «все это»? – осторожно спросила Лиз.
– Ну, то, что у нас тут случайно оказались эти молодые люди, потому что у них сломалась машина и им было некуда деваться.
– Они приехали на машине?
– Ну да, из Лондона, кажется. Машина была в ужасном состоянии, провалилась в канаву и вдобавок ко всему промерзла насквозь, всю ночь простояв на морозе. Но Купер потом отбуксировал ее в мастерскую, а утром оттуда позвонили, и он съездил за ней и доставил сюда. Стоит сейчас под навесом за домом, полностью на ходу, ведь они хотят ехать дальше.
