–Конечно, старик, хотя ему настойчиво рекомендовал меня другой юрист, которому он, видимо, доверял, ко мне относился недоверчиво, с недоверчивостью мошенника, ибо никто не держится за собственность крепче, чем мошенники – за свою добычу. Ведь только богачи и мошенники !действительно предчувствуют, !когда именно они все потеряют. Разумеется, он, прежде чем пускаться в столь рискованное предприятие, постарался себя обезопасить – у него были поверенные по финансовым делам, информаторы на биржах и в банках; и, если я хотел добиться своей цели, мне следовало найти обходные пути или всех этих советчиков 1-за-другим устранить. Поскольку же я не мог действовать, опираясь на рационализм судебной бюрократии, так как немедленно возбудил бы подозрения, мне оставалось только положиться на иррациональные эмоции старика & дочери. Здесь требовалась скрупулезность механика по точным-психологическим-работам, но прежде всего – мое постоянное и ненавязчивое присутствие рядом со стариком. Я начал плести вокруг-себя и всего, что делаю, паутину обманчивой теплоты, то есть смеси из добросовестности лояльности умения-не-болтать-лишнего & надежности.....
(На лице бармена явственно проступает недоверие; только профессиональная привычка ублажать любого гостя, независимо-ни-от-чего, не позволяет ему открыто мне возразить. Подобно постепенно останавливающемуся маховику, его руки все медленнее полируют стаканы– : хотя бы ради виски, которым он меня угостил, я должен возобновить & укрепить его доверие к моей истории.)
–Без особых усилий удалось мне разузнать все необходимое о слабостях & недостатках советчиков, которым доверял старик. Ведь даже у самых умных & образованных людей, если достаточно=внимательно к ним присмотреться, за определенной границей обнаруживается глупость; так же и нравственность – даже безупречно порядочного человека, – если рассматривать ее под микроскопом, постепенно увеличивая резкость, представляется все более расплывчато-подозрительной, двусмысленной. Все зависит от выбранного масштаба. Мне, следовательно, нужно было лишь попридержать до поры собранные мною сведения, чтобы в ходе наших со стариком разговоров время-от-времени, по каплям, впрыскивать в него мое знание, постепенно превращая чистую воду доверия к его советчикам в мутные помои. Таким образом (хотя сам я осознал это не сразу) мне !действительно удалось одного-за-другим отстранить этих советчиков от игры – и старик сам не заметил, как в конечном счете у него остался 1-1ственный поверенный, которому он безусловно доверял: я.....
(?Удалось ли мне ?преодолеть сомнения бармена в правдивости моей истории – : Как бы то ни было, он уже держит в руках новый стакан, пока пустой, – что ж, я позабочусь, чтобы стакан опять наполнился виски.)
–Старик поначалу никак не давал понять, поверил ли он собранным мною сведениям & доверяет ли мне самому. Из-за мучительной неопределенности время тянулось для меня очень медленно – и я все менее был способен воспринимать происходящее, свою роль в нем как подлинную реальность; мне казалось, я пребываю во сне – или: в рассказываемой Посторонним истории, в которой все мои ощущения мысли поступки, уже обобщенные, ставшие описаниями ощущений мыслей поступков, пересказываются Слушателю, то есть мне же; мне казалось, что я – пленник в одной из нескончаемых речевых петель, что я нахожусь одновременно во-внутри и в-снаружи и что такие моменты
–Неуверенность моя возрастала, я даже стал сомневаться в возможности осуществления задуманного. Я уже не знал, ?как действовать ?дальше.
(Я медленно допил то, что осталось в стакане.)
–?Может, в конечном счете именно неуверенность & сомнения стали решающим фактором моего успеха, ибо они удержали меня от поспешных действий и стремления как-то форсировать весь процесс. Сомнения сделали меня терпеливым, и это оказалось спасением.
