Рота Денежкина вместе с комбатом-один также не имела успеха. Противник подтянул в Новые Сузи свежие резервы – шесть стволов артиллерии и роту автоматчиков. К высоте «полтора» сапёры даже подойти не смогли. Командир 1-го взвода младший лейтенант Горбунов был убит в первой же атаке. За день упорных боев от восьмидесяти пяти человек осталось шестнадцать, включая старшего лейтенанта Лёшу Денежкина.
Жутко хотелось пить, есть и жить. Снег скрипел на зубах, сводя скулы, и не мог утолить нечеловеческую жажду. А роты всё наступали и наступали, наступали… Как комары.
Полк продолжал наступление, ведя ожесточенный бой с противником.
1-й батальон, обойдя высоту 1.5, продвигался восточнее Кокколево и, дойдя до проволочных заграждений в направлении Новые Сузи, попал под сильный пулемётный и миномётный огонь, прикрывая возможный контрудар противника со стороны Александровки. 1-й батальон, отвлекая внимание противника, находящегося в Кокколево, на себя, способствует продвижению 3-го и 2-го батальонов. 2-й батальон достиг деревни Кокколево и, ведя бой на северной окраине деревни, продвигается вперёд. 3-й батальон движется правее, уступом и сзади на подступах к северной окраине Кокколево.
В 8:50 отдан приказ командиру сапёрного батальона выступить, поступив в распоряжение командира 2-го батальона в районе северо-западной окраины Кокколево. Задача: продолжать наступление, уничтожать и разминировать заграждения, а затем, закрепившись на южной и юго-западной окраине Кокколево, огнём помочь продвижению 2-го батальона на Новые Сузи.
По донесениям командиров батальонов (на 9:00) противник подтянул в Кокколево новые силы и 6 противотанковых орудий.
1-й батальон во второй половине дня продолжал находиться на прежнем месте (у проволочных заграждений восточнее Кокколево в направлении на Новые Сузи). Сильный огонь противника прижал батальон к земле. 2-й батальон продолжал вести наступление на северной окраине Кокколево.
На помощь 2-му батальону был выслан взвод автоматчиков и взвод пеших разведчиков.
3-й батальон продвигался западнее Кокколево и с боем вошёл в деревню Туйполово.
Донесения наблюдателей говорят о прямых попаданиях нашей артиллерии в материальную часть противника.
За годы, проведённые на государственной гражданской службе, Родионов научился по стуку в дверь угадывать характер просителя и, исходя из этого, выстраивать разговор. Стук робкий и аккуратный говорил о неуверенности, о заведомом признании права Родионова вершить чужие судьбы. Настойчивый и твёрдый стук выдавал посетителя готового поскандалить, человека тяжёлого и непрошибаемого. Но в этот раз постучались бесцветно и, не дожидаясь приглашения, широко распахнули дверь кабинета.
На пороге стоял пожилой мужчина лет сорока пяти с седеющими висками, крупный, но не рыхлый, похожий на отъевшегося холёного кота.
– Разрешите представиться, Кантария Антон Отариевич, заместитель управляющего по строительству ООО «Нордсити». У вас найдётся минутка? – Мужчина подошёл к столу Родионова и протянул заранее приготовленную визитку.
– Присаживайтесь.
– Я не отниму у вас много времени. Один наш общий знакомый попросил содействия в одном важном вопросе, решить который можете только вы. И вот я здесь. – Мужчина развёл руками и обезоруживающе улыбнулся.
– А общего знакомого зовут Разметелев Олег Николаевич?
– Приятно общаться с умным человеком. Олег со своими ребятами делают большое и благое дело. Восстанавливают память о той войне, можно сказать, из небытия выцарапывают имена погибших бойцов. Вот недавно нашли одного, Крючков, кажется, его фамилия.
– Я в курсе. Давайте без лирики.
