После боя наш измотанный батальон был снят с позиции и отправлен в тыл на отдых в деревню Mestelevo, но пополнения мы не дождались, уже после обеда поступил приказ вернуться и занять оборону. На позициях «Пальца» нас ждал штурмовой батальон, прибывший из резерва 18-й армии. Рослые, откормленные парни в чистой форме: рядом с ними мы казались расхристанным сбродом. Они фотографировались в траншеях на фоне окоченевших тел русских солдат, были в целом веселы и довольны жизнью. Сволочи, даже трупы не убрали! Когда гауптман Баудер, принявший командование нашим батальоном после ранения Альтштадта, сделал замечание их командиру, тот лишь отвернулся, словно ничего не слышал. Тогда гауптман отказался принимать позиции в таком состоянии. Командир штурмового батальона разозлился, навис над Баудером и начал, брызжа слюной и матерясь, как грузчик в пивной, требовать, чтобы тот отдал нам приказ занимать траншеи. Баудер роста невысокого, но крепкий, коренастый, из тех людей, что не хвалят день, пока не наступит вечер. Он коротко развернулся и ударил командира штурмового батальона под дых. На этом разговор был окончен. И пока штурмовики убирали трупы, Баудер связался со штабом полка и добился, чтобы одна рота этих чистюль осталась для усиления. Так было правильно. Оставшимися силами нам «Палец» не удержать.
Я наблюдал за командиром краем глаза, пока устанавливал пулёмет на бруствере окопа, и мне пришло в голову, что он самый настоящий хамельнский крысолов, а мы – неразумные дети; сейчас он достанет дудочку, заиграет свою волшебную мелодию и мы, зачарованные её звуками, прямиком зашагаем к позициям русских.
Знаешь, отец, эта мысль не кажется мне такой уж безумной.
– Сколько стоит Железный крест?
Оказавшись в дурацкой ситуации на раскопе, Родионов пригласил журналистку в кафе, чтобы в спокойной обстановке всё объяснить. Еле заметным кивком позвал с собой командира поисковиков. Они сели в «Белом кролике» в центре города.
– Это зависит от сохрана, от класса, – уверенно начал Головач и достал из кармана награду. – Видите, застёжка на реверсе награды, а верхняя рамка гладкая – это значит, что крест первого класса. У второго класса на вершине впаяно кольцо для крепления ленты. В остальном они идентичны.
Девушка явно заинтересовалась, а Родионов занервничал.
– А кого им награждали?
– Всех. Надо было выполнить пять особо опасных заданий и быть награждённым Железным крестом второго класса.
– Как интересно, – Алиса лёгким движением руки поправила прядь волос, так невзначай, по-женски, как бы говоря этим: я ничего не понимаю в ваших мальчишеских штуках. – Так сколько он стоит сейчас?
– Ну… от десяти до двадцати пяти тысяч рублей. Опять же…
Родионов толкнул поисковика ногой и перебил:
– Вы с какой целью интересуетесь? Все предметы, оружие и амуниция, найденные во время поисковых работ, являются собственностью Министерства обороны и будут переданы по акту в районный военкомат. Мы не торгуем трофеями.
– Разумеется, – улыбнулась журналистка. – Вы не против, если я включу диктофон?
– Против. Я готов в частном порядке ответить на ваши вопросы, но, если вам нужен официальный комментарий, – обращайтесь в пресс-службу администрации. Я не уполномочен общаться со СМИ.
– Хорошо, хорошо…
– Как вы вообще там оказались?
Девушка доверительно потянулась к чиновнику через столик, так близко, что он услышал запах её волос, и тихо произнесла:
– В кроличью нору свалилась.
И глазами стрельнула. Родионов сглотнул.
– Хорошо. Какие у вас вопросы?
– На прошедших недавно общественных слушаниях был утверждён проект планировки территории района. На том месте, где мы с вами встретились, будет построен образцовый жилой квартал. При этом, насколько мне известно, территория не обследовалась на наличие взрывоопасных предметов и неучтённых воинских захоронений. Как вы это прокомментируете?
Милая девушка исчезла. Напротив Родионова сидел опытный, въедливый журналист, полностью владеющий историей вопроса и знающий, что спрашивать. Чиновник понял, что попал на крючок, как доверчивый сытый сазан, но попытался ещё трепыхнуться, соскочить.
– Ну, как не обследовалась? – Кирилл Сергеевич добродушно улыбнулся. – Вот прямо сейчас и обследуется. Мы, по-вашему, просто так в грязи там ковырялись? Только сегодня за один день поисковым отрядом «Витязь» были обнаружены останки четырёх солдат, один наш боец и трое, предположительно, немцы.
– Это всё замечательно, только по закону застройщик сначала должен был провести необходимые инженерные работы, а потом приступать к планировке территории, – Алиса сделала ударение на слове «сначала». – А что мы наблюдаем сейчас? ООО «Стройинвест» уже проект на своём сайте опубликовал, а работы по поиску бойцов только начались.
– Простите, по какому закону?
– Постановление Правительства Российской Федерации номер четыреста два. Слыхали о таком?
– Нет, знаете, первый раз…
– Определяет перечень видов инженерных работ перед застройкой.
– Ну, я не в отделе строительства работаю, я больше с поисковиками…
– Зачем вы виляете?
